– «наша служба и опасна, и трудна»! Им нельзя быть на виду. – Да, удалила я все и профиль закрыла. Интересно, что он теперь знакомым скажет – куда невеста подевалась. Французская, блин, аристократка. Мы пьем и ржем, придумывая мне биографию одна другой нелепее. Но когда мы уже напились и собираемся спать, меня снова накрывает тоска. – К такой жизни, как с Лёшкой была, уже вернуться не смогу, Марин. Ладно, без ножей и вот этих всех выкрутасов, – показываю на просто накрытый стол, – без белых скатертей и позолоченных тарелок. Но вот относился Вовка ко мне… ну как бы все равно с уважением. Понимаешь? Он никогда не обзывался… максимум, скажет, что я деревенщина… Не ударил… даже не пытался руку поднять… А киношка, Марин? Как он в киношке своей меня поцеловал… И хочется мне, Марин, не красивой жизни, а вот этого отношения человеческого. Иногда мне казалось, что я ему нравлюсь. Что и он тоже влюбился чуточку… *** На следующий же день, несмотря на адскую головную боль, нахожу квартиру. Рядом с Маринкиной. Все-таки, подруга всегда будет под рукой. Сопли утереть друг другу и поржать. Это важно. А то Москва – город большой, пока доедешь, уже ничего не захочется. Я не хочу пользоваться ее добротой и жить дольше. В ближайшем сетевом супермаркете вижу объявление, что требуется кассирша. Меня берут на испытательный срок. Зарплата очень низкая – магаз дешевый, да и сначала всегда копейки платят. Но ребята из аула, которые грузчиками работают, говорят, что шеф хороший. Вроде не сильно прижимает, и условия терпимые. Работа – это хорошо. За смену так устаю, что никаких сил потом думать о Вовке и красивой жизни нет. Тем более, отвыкла я от такого графика. От ночных смен тоже. Вроде, бегала к холодильнику посреди ночи, но так-то спала. Теперь сижу на кассе и проклинаю ночных покупателей, которых нечистая принесла в магаз на мою голову. Дядя Яша вернулся. Я ему ничего не рассказывала. Видимо, Вован тоже молчит. Говорит, пока Аленку водитель в школу возит. Но скоро каникулы. Как раз и дела Вовка с шейхами закончит. Поедут обратно на свои моря-океаны. Про развод дядя Яша, понятное дело, ничего не знает. Но так как стервозина не появляется, видимо, не помирились. От этой мысли иногда становится приятно. Хотя чо мне это дает? Да ничо, в общем-то. – Может, когда они уедут, ты снова ко мне заселишься? По хозяйству помочь? – спрашивает дядя Яша. – Не, дядь Яш, – отвечаю. – Я ж тут уже устроилась. Не хочется место терять. На самом деле, так-то хоть шанс есть Вовку забыть. А если вернусь,