деньги на карту. Но тут женщина вынимает три сковородки разных размеров, и почему-то на них Алена совсем запала. Далее пошел карандаш-пятновыводитель, и Алена захлопала в ладоши: – Вот-вот! Вечно я что-то проливаю! Мне это надо срочно! Потом на свет божий появляется здоровенная карта России. Да-да, Алене тоже она обязательно нужна, а то смотреть, что где, в телефоне слишком мелко. За женщиной, расхваливающей свой товар, появился парень, который быстро разложил на все сиденья магнитики с котятами. А женщина перешла к описанию великолепных свойств лаванды в мешочках… Вышли мы из электрички с пакетиком. В нем лежали очки от солнца с ушками, пятновыводитель, карта России, три магнитика с котятами (Алена забрала с нашего и соседнего сиденья тоже) и мешочек с лавандой. Тетке она деньги перевела. На магнитики хватило моих наличных. От сковородок мне ее удалось отговорить. – Зато ребенок успел на тест, – объясняю я вечером Вовану. – И, понимаешь, ну не могла я сильно на нее давить. Понимаю, что она потратилась. Но прошу сильно нас не ругать. – Обратно вы тоже на электричке? – со вздохом спрашивает он. – Да. Уже можно было такси вызвать, но Аленке очень понравилось. И она меня попросила повторить наше путешествие. И на обратном пути она купила всего лишь наушники. На самом деле, нас спасло только то, что никто не пел и, кроме наушников, ничего не продавал. Но Вовке я об этом говорить не стала.

Глава 12

Глава 12

Сегодня суббота. И мы дружно едем на скачки. Утром нам привозят несколько коробок со шляпками. Вместе с Аленой мы устраиваем ужасный шум – мерим, дурачимся. – Девочки! Поспокойнее, пожалуйста, – призывает нас Вовка. Он, понятное дело, участвует в процессе в качестве зрителя и основного судьи. Но шум заставляет его морщиться. Мне смешно и страшно. Шляпки должны удерживать на голове специальные булавки. Они неприятно впиваются в волосы, и все равно мне кажется – чуть ветер сильный подует и сдует мою шляпку к черту. Алена выглядит более спокойной. Она каждый год ходит на ипподром с отцом и мачехой. К тому же сама любит кататься на лошадях. – Я тебя научу, Клава, – мы перешли на ты. Так лично мне удобнее. – Будешь со мной ходить? Лошади классные! Не спорю: возможно, лошади и классные. Но как-то вот скакать на них совсем нет желания. Пока лучше эту тему не развивать. В итоге, днем мы выходим в полном составе к машине. На мне темно-бордовое платье до колена. Сверху – белое пальто в черную клетку. На ногах – туфли на высоком, но устойчивом каблуке. Ну а на голове – да!!! – шляпа с большими полями! Волосы свежепокрашены стилистом. Шляпа бордовая – в цвет платья, с потрясным белым цветком сбоку. Красиво, но я чувствую, словно мне на голову кастрюлю надели. В машину залезать неудобно. Вылезать из машины неудобно. И я постоянно до нее дотрагиваюсь, боясь, что улетит. – Клава, не надо так часто трогать шляпу, – Вован, естественно, это замечает. – Боюсь, свалится или улетит, – признаюсь я. – Не улетит, не волнуйся. Мы будем сидеть в ресторане. Там практически не чувствуется ветер. Нас проводят через специальный вход для випла. И, действительно, вскоре мы попадаем в ресторан. Пока мало кто сидит – в основном народ тусуется, болтает друг с другом. Вижу уже знакомые с аукциона лица. Ну конечно, Ирка-стервозина тут, как без нее. – О, наша француженка пришла! – говорит она, когда меня замечает. – Ну что, как? Справляетесь ли с ребенком? – Вполне. А что с ней не справляться-то? Нормальный, взрослый человек. Алена смотрит на меня с благодарностью. М-да, видимо, нечасто девочку хвалят. Замечаю, как Вован отходит от нас к компании мужчин. Они здороваются и начинают разговаривать. Я остаюсь на съедение стервозине и ее подружкам. – Не понимаю, как можно нормально жить во Франции, – вступает одна из них. – Сколько туда ездила – ничего хорошего. Ну это она не ездила во многие другие места. Я бы рассказала, где на самом деле ничего хорошего. Хотя во Франции я не была… Может, там действительно