— Ну, так, — ответил Глеб.

— Уже за это тебя сместить могли. А когда не получилось, когда оказалось, что ты с директором вашем слишком дружен, то он решил его убрать. И опять все на тебя повесить. Кто виноват-то будет, если Разумовского расстреляют в центре Новой Москвы, в самом дорогом ресторане города?

— А ведь складывается, — заметил Эрнест. — И если бы Молодой не узнал о том, кто за этим стоит, то совет директоров действительно мог бы потребовать твоего смещения, Глеб. Два прокола подряд. Такого не прощают.

— Они и потребовали, — мрачно ответил безопасник. — Но пока Разумовский не придет в себя, и не подтвердит их решения, они ничего сделать не смогут. Ну либо, пока он не умрет.

— Как он там, кстати? — как-то даже участливо спросил Эрнест.

— Это закрытая информация, — сказал, как отрубил Глеб. — Ничего по этому поводу говорить не могу.

— Значит, дела идут хреновенько, и вы боитесь падения своих акций, — сказал я.

— Мы пробили лица тех людей, фото которых ты присылал, — проигнорировал мою последнюю реплику парень. — И тех, что ты в лагере видел, тоже. Это все наши бывшие сотрудники. Часть из них уже уволены по разным поводам, а вот с другими все интереснее. Они считаются погибшими при исполнении служебного долга.

— То есть, он собрал небольшую частную армию из ваших же сотрудников? — я улыбнулся. — Ну пиздец ты совсем ворон не ловишь?

— Может, хватит? — Глеб поморщился. — Я понимаю, что ты наемник и корпоратов не любишь. Но как насчет взаимной вежливости?

— Действительно, Молодой, хватит, — сказал Эрнест. — Ты уже начинаешь за рамки выходить.

— Ну, как сказать, — пожал я плечами. — Как проще объяснить человеку, что он обосрался? Сказать: «извините, сударь, вам не кажется, что тут пахнет фекалиями»? Или «братан, ты обосрался, иди помойся и смени штаны».

Оба пиджака поморщились, а я только наслаждался ситуацией. На улицах Новой Москвы ты — то, как ты выглядишь, и как себя ведешь. И в своей кожаной куртке и с разговорами о дерьме я смотрелся на их фоне максимально чужеродно. К чему в общем-то и стремился.

— На самом деле, тут все не так просто, — сказал я. — У них там был военный городок. Быстросборный, из композитных материалов. Машины оборудованные по высшему слову техники, таких даже еще в армии нет. Да и вообще, я вывез оттуда двенадцать новейших штурмовых винтовок, семь ПЗРК «Игла-6», а уж про остальное молчу. Кто-то их спонсирует. Вы же не могли допустить потерю настолько дорогостоящего обмундирования и техники? Я понимаю, что денег у вас киберкуры не клюют. Но вы же не просто списываете все это дерьмо, не глядя.