Проводив казака, вышел во двор и спохватившись, по отобранной рации вызвал дежурного на скотном дворе, попросив срочно доставить к нему ветеринара. После чего вернулся в дом и попросил Талгата придержать коней с подробностями, чтоб по нескольку раз не пересказывать. Те отнеслись с пониманием и отдали дань стоявшему на столах угощению, пока дожидались Анисима с химиком.

Наконец собрались все, Талгат перевернул пустую чашку и приступил к рассказу. Серёга включил диктофон на предусмотрительно взятом смартфоне, переслушать потом, чтоб ничего не упустить и никого не забыть. С слов нового бия — произошла насильственная смена власти, когда бывшие подданные, не в силах мириться с произволом правящей верхушки — восстали. Убив узурпатора и наиболее рьяных пособников.

А картина того, что вытворял Фархинур — вырисовывалась неприглядной. По сравнению с их «шалостями» — остров Эпштейна в двадцать первом веке с педофилией выглядел невинным аттракционом в Диснейленде. Бывший бий оказался замешанным и в торговле детьми, и взрослыми соплеменниками. Обычной практикой было у него продать зимой неугодных как ему лично, так и его клевретам — в заводские работы.

Особым цинизмом было то, что творилось это под самым боком у потомков. И в некотором роде — с их попустительства. Так, выделенную сердобольным Захаром гуманитарную помощь — бий цинично продал через Викула саткинским купцам. «То-то эти старейшины противились отдавать детей в учебу!» — Догадался Председатель: «А Викул то каков⁈ Мы им, значит — помогаем со всей душой, а они макли крутят! Фархинур этот в нашей одежде щеголял, которую мы крестьянам раздавали!»

— Мы всё! — Успокоил разошедшегося Захара Талгат. — Убили, отняли и поделили! Пришли под вашу руку проситься, земли наши давно промеж заводов, воли прежней нет, — покосился на Серёгу, — даже поозоровать нельзя. Берите детей в учебу и сами мы работать пойдем. Всё равно нас бий бывший каждую зиму внаем сдавал в работу казенную.

— Вот такие тут милые патриархальные порядки, — заключил Анисим. — с раздачей помощи мы обмишулились, знатно нас окунули, мордой да в действительность! А я говорил, что надо традиционный уклад менять! Наглядимся ещё на звериный оскал замшелых обычаев и общинной круговой поруки!

Председатель, не желая дискутировать при навостривших уши башкирах — рявкнул: «Потом обсудим!» Талгату с приехавшими объявил, чтоб везли детей в учебу и приезжали сами, работы много — хватит всем. А таких порядков, какие были при Фархинуре — возродить не позволят, так что если проситесь под руку — извольте привыкать к новым правилам человеческого общежития, без дикости средневековой. После чего посланников проводили, наказав с детьми и приездом на работу взрослых не медлить.