— Дед! — Увещевал ветеринара участковый. — Вот куда нам пять саней?

— Цыть! Будешь меня ещё учить, как продразверстку проводить! Как конфискованное вывозить, а? То-то! И я не намерен пешком идти, по сроку службы в санях положено!

Егор вполголоса поинтересовался у Лёхи: «Он чо, с нами собрался⁉» Не успел Лёха ответит, всё расслышавший Анисим обрушился на Егора:

— Да, еду!!! Если уж такие дрищи, как ты с Айратом кулаков бьют, не могу в стороне остаться! Я с детства, может, мечтал контру подстрелить! Или даже председателя!

— Всё-всё, дед! — Примирительно сказал Серёга. — Собрались? Выезжаем, грабить никого не будем, слушаемся меня. Кому не нравится, — выразительно посмотрел на Анисима, — тому лучше остаться!

Дед, бурча себе под нос что-то нелицеприятное о современной молодежи — устроился в санях и обоз тронулся. Егор сел с Айратом, пока тот правил лошадью — открыл рюкзак, достал термос и плеснул себе кофе, спросив у товарища: «Тебе налить?» «Пей пока» — отозвался токарь: «попьешь — нальешь, вожжи подержишь…»

Сани неспешно скользили через поля, за ними как привязанная плыла луна, а впереди, за логом с Кулемкой — темнел лес в начинавшейся за пределами пятикилометрового круга зоне отчуждения. Егор допил кофе, выплеснул за борт саней остатки, налил Айрату и перехватил вожжи:

— А ты как выбрался, у тебя же работы выше крыши, очередь к тебе в токарку?

— Как я мог тебя одного отпустить⁈ — Проникновенно начал Айрат. — Кто тебе спину в бою прикроет, брат?

— А я слышал, — не повелся Егор. — что у тебя девчонки тоже трех Азатовских детишек взяли?

— Есть такое! — Не смутился токарь. — так то с ними не соскучишься, но отдохнуть стоит, для баланса ощущений!

Добрались до лога, спустились к речушке, с осторожностью перебрались и на той стороне, перед подъемом из лога устроили перекур. Наломали сухой крапивы вдоль берега, торчавшей из сугробов, сверху этой кучки бросили веточки ольшаника, Андрюха подпалил получившийся костерок, потратив одну спичку. Пока разгоралось — набили трубки, разобрали палочки из костерка и дружно задымили. Анисим и здесь не преминул высказать свое ценное мнение:

— Химик-наркоман в деревне в деревне имеется, а спичек как не было, так и нет! Только удобрения у меня таскает втихаря да людей убивает!

— А ты меня пусти в коровник! — Стал рвать полушубок на груди Егор. — Он у тебя всё равно наполовину пустой! Будут тебе и спички, и ещё что-нибудь сварю!

— Ко мне нельзя! — Насупившись отрезал дед. — Лучше в гараж как-нибудь проберись обратно! А скотину мне жалко…

В горку поднимались пешком, кроме ветеринара, понукавшего Айрата с Егором: «А ну ка, подтолкните сани мои, ослепли, не видите что кобыле тяжко⁈» Те, изображая помощь — держались за задок саней и переговаривались о своем, наболевшем.