— Поэтому, — продолжил я, — исходя из вышесказанного, я бы предложил следующее. Объединить всех сотрудников, отвечающих за контроль иностранцев, в одном месте. Это можно будет сделать у нас в «управе». Один кабинет у нас свободный, там только большой ксероксный аппарат стоит, да всякий хлам в шкафах лежит, который можно будет перенести на склад или в подсобку. В этом кабинете приём ближнего зарубежья будут вести Гарик и Дима, а я в своём — дальнее зарубежье, виды на жительство и РВП. По-хорошему, и гражданство можно перетянуть сюда. Вера и так сидит одна в кабинете. Немного очистить её помещение, подвинуть Веру к окну и усадить рядом Надю с Галей. Думаю, девчата будут только за.

Какие здесь я вижу плюсы. Уберём из райотделов всех иностранцев, которых в часы приёма там собирается видимо-невидимо. Я, когда работал в Кировском, частенько слышал от наших местных посетителей нотки недовольства от большого скопления гастарбайтеров. Ну, и другой плюс — это наша оперативность. Все базируются в одном месте. При случае не надо тратить время на сборы. Поступила какая-нибудь информация, две минуты — и мы уже выехали в нужном направлении.

Далее. В связи с тем, что приём иностранцев будет проходить в одном месте, то и вся картотека на них будет находиться у нас. Следовательно, будет проще их контролировать, строить свои планы, мероприятия и так далее. Для мобильности нам будет нужен свой транспорт. Желательно «таблетку» или, на крайняк, — какой-нибудь УАЗик, чтобы можно было самим передвигаться и перевозить задержанных.

Ещё я предложил бы расширить это отделение парочкой людей или, как минимум, одним. Не обязательно брать пацана, можно взять девчат. Пока мы будем где-нибудь на рейдах шастать или в судах пропадать — они будут наши тылы прикрывать на приёмах.

Единственное, я бы хотел сразу высказаться по поводу Димы Краснова. Он какой-то ни рыба ни мясо. Безынициативный. И это не только моё мнение. Я бы не хотел, чтобы он занимался иностранцами. Скажу как есть: я ему не доверяю. Извините, но для меня он какой-то мутный товарищ. Вроде всё сказал, что думал, — с облегчением выдохнул я.

Я, наверное, впервые в своей жизни толкал такую длинную речь. Аж во рту всё пересохло. Саныч смотрел на меня и улыбался, почёсывая свою лысину тупым концом карандаша. Достав сигарету, он неторопливо размял пальцами табак и, взяв зажигалку, закурил. Шеф выпустил очередную порцию сизого дыма, и просторный кабинет окутал густой сигаретный смог.

В воздухе повисла пауза. Я видел, что мои слова произвели на начальника впечатление, и теперь ждал его реакции, понимая, что от этого разговора может зависеть будущее всего подразделения.