Если бы японцам или правительству Маньчжоу-го У Тин Лунь мешал, давно бы отправили пару рот солдат и с этим выродком покончили, но нет. Не мешался у сильных мира сего Голодный Тигр под ногами, а совсем наоборот, помогал в осуществлении давно лелеемой мечты. Хотели японцы, ну, а вместе с ними и китайцы прибрать КВЖД к рукам. Не понимали, что если СССР не будет возить по ней грузы, а повезёт чуть кружным путём через Хабаровск, то нафиг этот кусок железной дороги никому не нужен будет. Разве, что для того, чтобы тратить деньги и ресурсы, причём совсем не маленькие на поддержание дороги железной в идеальном порядке, ведь пару подгнивших шпал или раскрутившаяся гайка, на стыке рельс, могут привезти к серьёзной аварии и потере целой кучи денег. Но сейчас стояла другая цель, нужно было любой ценой выжить отсюда русских и любые средства, в том числе и хунхузы, что убивают работников железной дороги, были хороши. Потому время от времени в лагерь к У Тин Луню приезжал обоз из Чжайланора и привозил рис, муку, патроны и даже водку, чтобы доблестные войны могли отмечать свои победы над женщинами и детьми.

В этот раз вместе с продовольствием приехало ещё два человека. Один был японским офицером и второй был японским офицером. Старший был в звание колонель или капитан, а второй, который исполнял роль переводчика, был вторым лейтенантом с оранжевыми петлицами инженерных войск.

Событие сорок девятое

Сара жалуется соседке Циле:

— Скока я Абраше доказывала, шо я добрая! Кричала, била. Не верит!!!

Есть те, кто несут хаос, и те, чья ноша — добро и любовь. Есть и третьи, что несут справедливость. И есть я. Я несу труп в реку сбрасывать.

Тащить на себе пулемёт дело не простое. Он вечно будет мешаться, кроме того — один весит девять кило, а три. А ещё эта прожорливая сенокосилка выплёвывает из себя четыреста пятьдесят пулек в минуту. Чуть больше двух минут из трёх пулемётов и вуаля — три тысячи патронов. Это один весит хрен, да ни хрена всего, даже до сорока граммов не доходит. А три тысячи. Сто двадцать килограмм и тридцать кило сами пулемёты. Итого: сто пятьдесят кило. Не унести человеку. Даже на носилках. Решили потому осетра урезать. Сделали из бамбука и парусины прочные носилки и взяли всего тысячу патронов. Лент ведь для патронов, как в пулемёте Максим, нету у ручной пулемёта Мадсена. Рожки на сорок патронов у датчанина. Три рожка на каждый пулемёт снаряжённые — это двести сорок патронов и семьсот шестьдесят россыпью. Общий вес железа на носилках составил около семидесяти килограмм. Ещё и сами увешаны железом, две фляжки полные у каждого, пистолеты, штык ножи от Арисаки. А продукты?