Событие тридцать первое

— Андрюха, у нас труп! Возможно, криминал.

— Пошли вон из мавзолея!

Если труп обвести цветными мелками — создаётся ощущение праздника.

Знакомой тропинкой поднялись на сопку. Навстречу спускались повара и один из зенитчиков, остановились.

— Товарищ, командир батальона, воды нужно принесть, — вытянулся зенитчик.

Точно. С ночи ребята воюют. Давно фляжки пустые. И как туда эту воду поднимать? Интересно, а как тут в реальной истории неделю воевали? То, что около тысячи человек положили, это ладно, а вот как воду под огнём на сопку поднимали, когда её захватили.

— И…

— Мы втроём соберём все фляжки в лагере и наверх поднимем, назад пустые, и так пару раз.

— Хорошо. Только железнодорожников с собой возьмите. За один раз сможете поднять. Да скажи, чтоб в темпе.

— Ясненько.

— Кхм.

— Есть, взять с собой железнодорожников.

— Уже лучше.

— Разрешите выполнять?

— Разрешаю.

Продолжили на сопку подниматься. Тяжело с грузом. Поднялись, а там картина маслом. Комиссар батальона Балабанов Василий Васильевич собрал вокруг себя несколько человек под прикрытием орудия и что-то им вещал. Не иначе рассказывал, как космические корабли бороздят просторы вселенной.

— Василий Васильевич, новостями поделитесь, — прервал политинформацию Брехт.

— Так тихо всё. Справа постреляли, потом стихло полностью. Надо что-то с трупами сделать, а то запах пойдёт и вороньё налетит.

Твою же мать. Трупы. Сотня. И что с ними делать? Закапывать. Попробуй в этих камнях могилу на сотню человек вырыть. Стоять бояться! Вот мы им сейчас гибридную войну устроим. Ну, Хирохито, погоди.

— Иван Ефимович, ты же знаешь, кто такие Цзян Ши? — повернулся к диверсанту главному.

— Прыгающие мертвецы у китайцев. Мысль есть? — хищно улыбнулся.

— Ещё какая! Ах, какая, пальчики оближешь. Сейчас подойдут железнодорожные строители, и начнём воплощать. Василий Васильевич, не в дружбу, а в службу. Дуй в лагерь. Всех сюда, даже докторов. Пусть с собой пилы и топоры возьмут.

— А что за мысль? — нахмурился комиссар.

— Узнаешь. Тебе не понравится. А уж как японцам не понравится, так это будет просто фееричное зрелище.

— А командованию?

— Орден дадут, — комиссар ушёл, похмыкивая. Брехт же тихо добавил. — Или расстреляют.

— Соловьёв, — окликнул сидящих в окопе бойцов Иван Яковлевич. — Понятно, почему командиры в фуражках. Чтобы их издалека видно было. А так сидит в окопе три десятка человек и все в пилотках. Попробуй, определи. Как вот узнать, кто из них командир взвода? Это минус, но и противник не определит. В смысле противный снайпер. Это плюс.