И тут Лючия поняла. В течение стольких лет они были лишены возможности что-либо выбирать. В монастыре они покорно ели ту нехитрую еду, которую давали. А теперь столкнулись с длинным списком незнакомых им блюд.
Первой заговорила сестра Тереза:
– Я… Мне, пожалуйста, кофе и хлеб.
– Мне тоже, – сказала сестра Грасиела.
– У нас впереди долгий трудный путь, – сказала Миган. – Я предлагаю заказать что-нибудь посытнее, например яйца.
Лючия посмотрела на нее удивленными глазами. «А эта непроста. С ней нужно быть поосторожнее», – подумала она, а вслух сказала:
– Сестра Миган права. Давайте я вам сама закажу, сестры.
Она выбрала апельсины, tortillas de patatas, бекон, горячие булочки, джем и кофе.
– У нас мало времени, – предупредила она официантку.
В половине пятого, по окончании сиесты, город начинал просыпаться. Она хотела убраться оттуда до того, как в магазине найдут Мигеля Каррильо. Когда принесли еду, сестры продолжали сидеть, уставившись на нее.
– Угощайтесь, – поторопила их Лючия.
Они принялись есть, сначала робко, затем с удовольствием, взявшим верх над чувством вины.
Единственной, кто испытывал трудности, была сестра Тереза. Откусив кусочек, она сказала:
– Я… я не могу. Это – отказ от принципов. – Сестра, ты же хочешь добраться до монастыря, да? – заметила сестра Миган. – Тогда тебе нужно есть, чтобы поддерживать в себе силы.
– Хорошо, – натянуто ответила сестра Тереза, – я поем, но, клянусь, безо всякого удовольствия.
– Хорошо, сестра. Ешь, – сказала Лючия, едва сдерживаясь от смеха.
Когда они поели, Лючия расплатилась по счету деньгами, взятыми из кассы магазина, и они вышли под жаркое солнце. Улицы оживали, начинали открываться магазины. «Сейчас Мигеля Каррильо уже, наверное, нашли», подумала Лючия.
Лючия и Тереза торопились покинуть город, но Грасиела и Миган шли медленно, завороженные городскими видами, звуками и запахами. И только, когда они вышли за город и направились к горам, Лючия почувствовала облегчение. Они шли строго на север, поднимаясь все выше, медленно преодолевая гористый рельеф. Лючию так и подмывало спросить сестру Терезу, не хочет ли та дать ей понести свою ношу, но она побаивалась, что любое неосторожное слово вызовет у пожилой женщины подозрение.
Когда они выбрались на маленькую горную полянку, окруженную деревьями, Лючия предложила:
– Мы можем переночевать здесь, а утром продолжить свой путь к монастырю в Мендавию.
Поверив ей, все одобрительно кивнули.
***
Солнце медленно катилось по синему небу, на полянке было тихо, и только ласковые звуки лета нарушали эту тишину. И вот наступила ночь. Женщины улеглись на зеленую траву недалеко друг от друга.