– Хотите, я пойду впереди вас? – спросил адъютант.
– Нет.
Он хотел получить удовольствие от того, что убьет Хайме Миро сам.
Комнаты, где со своими сообщниками остановился Хайме Миро, находились в конце коридора. Акока жестом показал, чтобы половина людей прикрыла одну дверь, а остальные шесть человек – другую.
– Вперед! – крикнул он.
Он долго ждал этого момента. По его сигналу солдаты одновременно вышибли обе двери и ворвались в комнаты, держа оружие наготове. Они стояли посреди пустых комнат, глядя на смятые постели.
– Рассредоточиться! Быстро! Вниз! – заорал Акока.
Солдаты бросились обыскивать гостиницу, врываясь во все номера, вышибая двери и поднимая ошарашенных постояльцев. Хайме Миро и его спутников нигде не было. Полковник ринулся вниз разыскивать коридорного. В холле никого не было.
– Эй, – окликнул он. – Есть здесь кто?
Ответа не последовало. Трус куда-то спрятался.
Один из солдат заглянул через стойку, где сидел коридорный.
– Полковник…
Подойдя к нему, Акока посмотрел вниз. На полу у стены лежал коридорный с кляпом во рту. На его шее болталась табличка: «Просьба не беспокоить».
Глава 24
Рубио Арсано в ужасе смотрел, как Лючия исчезла в стремительном потоке и ее понесло течением. Не теряя ни секунды, он бросился бежать берегом реки, перепрыгивая через бревна и кусты. На первом изгибе реки он увидел, что тело Лючии несло в его направлении. Нырнув, он поплыл к ней, отчаянно борясь с сильным течением. Он чувствовал, как его сносит в сторону. Лючия была метрах в трех от него, но они казались ему километрами. Он сделал последний яростный рывок и схватил ее за руку, она чуть не выскользнула из его пальцев. Вцепившись в нее изо всех сил, он с трудом поплыл к спасительному берегу.
Добравшись наконец до берега, он вытащил Лючию на траву и упал рядом с ней, не в силах отдышаться. Она была без сознания и не дышала. Рубио перевернул ее на живот, сел на не верхом и начал толчками надавливать ей на легкие. Прошла минута, другая, и он уже был близок к отчаянию, как вода хлынула у нее изо рта, и она застонала. У Рубио вырвались слова благодарности Господу.
Он продолжал массировать ей грудную клетку, но уже более аккуратно, пока не почувствовал, что ее сердце бьется ровно. Когда она начала дрожать от холода, Рубио кинулся к деревьям, нарвал пригоршни листьев и, вернувшись к ней, начал растирать ими ее тело. Он сам промок и замерз, с его одежды стекала вода, но он этого не замечал. Он страшно боялся, что сестра Лючия может умереть. Теперь, когда он нежно растирал ее тело сухими листьями, его начали одолевать недостойные мысли.