— В любом случае, я с трудом запоминаю слова с этикетом, а ты хочешь ещё и этому меня обучить.
— А вдруг действительно поможет, Тэйлон, ты не думал? — раздался голос уже Сильвии за моей спиной. — Просто подумай над этим намедни.
— Зачем? Вспомнить то, как меня все призирали и надо мной все издевались?
— Но были и хорошие моменты, — не согласилась Ньян. — Помнишь, как мы играли в снежки и строили снежные замки?
— Или как поругались до такой степени, что вы отказывались общаться со мной, даже вернувшимся с того света, — хмыкнул я.
Мне плевать, но не уколоть их этим не мог.
— Ты сам был виноват, — буркнула недовольно Ньян.
— Никто не был в этом виноват, — спокойно возразила Сильвия. — Родственники иногда ругаются, это нормально.
— Так раз вы обе теперь здесь, может и скажете, из-за чего мы поругались? — предложил я.
Сёстры переглянулись. Одна пожала плечами другой, после чего Ньян сказала.
— Ты послал нас в нехорошее место.
— В каком плане? — не понял я.
— В оскорбительном!
— Ты сказал, что уже самостоятелен и можешь сам решать за себя. Мы же тебя отговаривали от армии. Просили образумиться, но боюсь, что… мы немного перегнули палку и задели твоё достоинство. Сказали… что ты слаб и глуп ещё, чтобы принимать такие решения. Это было некрасиво, но тогда мы думали, что поступаем правильно и пытаемся донести истину.
— Проехались по моему самолюбию и потом удивляетесь, что я вас послал?
— Не удивляемся, Тэйлон. Просто в тот момент мы все были слишком… неосмотрительны в своих словах.
— Особенно ты, — недовольно сказала Ньян.
— Мы все, — поправила Сильвия. — Я не считаю, что мы с сестрой неправы, но и говорить тебе такое не имели права.
— Чего же тогда сказали?
— Потому что мы любим тебя, и ты нам не безразличен, Тэйлон.
Я молчал. Они молчали. Никто не собирался говорить первым. Да, собственно, и не нужно было. Тот Тэйлон уже чёрт знает где сожалеет о том, что решил воспользоваться мечом, а мне фиолетово на то, что они там не поделили.
Я развернулся к роялу, осторожно провёл пальцами по лакированным белым клавишам, после чего нажал. Инструмент издал тихий и чистый звук, который эхом разнёсся по залу.
— Знаешь, может и неплохо было бы научится на нём, — произнёс я. — Всегда хотелось научиться играть.
Я про тренировки и обучение не забывал, но музыка… почему бы и нет? Я бы хотел научиться играть на этом инструменте, у него звук красивый и наигрывать самому себе красивые мелодии было бы неплохо. Пусть война и была моим основным направлением, однако открыть для себя что-то новое я был тоже не чужд. В каком-то мире я учился готовить, помню. Сейчас уже вряд ли в голове осталось что-то, но сам факт, что ты можешь сделать что-то вкусное сам себе, меня радовал.