— Они отбыли сегодня утром. Решили поохотиться немного и… отвести любопытные взгляды, — правильно перевёл мой вопросительный взгляд Ёран. — Пусть побегают за ними.
— Доргейнберги? — сразу же спросил Диор.
— Скорее всего. Уже как дней пять следят, ждут, словно голодные собаки у порога мясной лавки.
— Не дождутся. По крайней мере не раньше сначала Чифенстоунов, а потом и нас.
— Считаете себя следующей целью? — спросил он.
Мы как раз рассаживались по местам за столом. Все уважительно приподнялись и, отпуская формальности, лишь кивнули головой. Милена так вообще одарила меня улыбкой, от которой становилось не по себе. Я буквально слышал от этой улыбки «трахну-трахну-трахну-трахну-трахну-трахну». Поспешил отвести взгляд и встретился уже с матерью, которая, будто лиса, выжидательно следила за мной.
— Естественно. Бранье всегда были для Доргейнбергов слишком своенравными и опасными противниками. Я не пытаюсь принизить ваш род ни в коем случае, тэр Ёран, не подумайте, но вы единолично занимаете сферу, на которую никто не претендует. Мы же делим интересы с Доргейнбергами, как минимум, с заводами. А ещё кристаллы — то, что заставляет многие механизмы на их заводах двигаться. Это не даёт им покоя, так как предоставляет нам преимущество. А ещё амбиции…
— Ваши амбиции, — кивнул Ёран.
— Естественно, отец придерживается другого курса, но времена изменились, и потребовался немного другой подход. Считайте меня кризис-главой рода.
— Кризис-глава, — хмыкнул Ёран. — Я слышал о кризис-директорах, но о кризис-главах…
— Теперь знаете, — кивнул Диор с улыбкой.
Блин, что ни глянь, Диор до зубной боли такой правильный, что аж тошно. Ничего общего с хитрожопым ублюдком, которого знаю я.
Мы приступили к обеду. Подозреваю, что готовили его как раз к нашему приходу, так как им было известно, когда примерно мы прибудем, раз они даже братьев снарядили охотиться, чтобы увести за собой часть шпионов.
Первые десять минут мы ели в тишине, стучали только вилки и ножи о тарелки, но, когда с главным блюдом было покончено, члены семьи Вьильгеров взяли слово.
— Я слышала, у вас было неспокойно, — с мягкой улыбкой сказала Милена, глядя на меня.
— Было, — кивнул я.
— Страшное время настало, — вздохнула она наигранно.
— Очень.
— Как вы пережили это? — с интересом подалась Милена чуть вперёд.
— Просто.
— Эм… ладно…
Милена сделала попытку в атаку, Милена потерпела поражение. Мой флаг буквально развивается над моей макушкой. Я понял, что с некоторыми личностями лучше не разговаривать. Дебаты и хитросплетения диалогов не были моей сильной стороной, а значит, лучшая тактика — односложные скупые ответы, которые будут лишать возможности подковырнуть под меня.