Сианс редко пользовалась магией, больше предпочитая всё же что-то более материальное, но сейчас она, не задумываясь, жахнула переломанной рукой прямо в пасть вервольфу огнём. Он взвыл, сомкнул зубы ещё сильнее, оставляя лишь кашу, а Сианс, всё так же визжа и разрывая связки, подтянулась и уже другим ножом ударила его прямо в глаз. Один, второй, третий раз…
Вервольф взвыл, дёрнул за руку, после чего наконец отпустил и отпрыгнул. Но тут же вновь бросился и двумя ударами располосовал ей грудь на куски до самых рёбер, ни оставив ничего, кроме кровавого фарша. Сомкнул челюсти на плече, несколько раз дёрнул головой из стороны в сторону тряся Сианс точно тряпичную игрушку, и отбросил в сторону.
Сианс уже и не кричала. Не кричала, не думала, не просила. Пока вервольф пытался отойти от того, что ему всю глотку прожарили, она медленно, словно во сне, попыталась встать, что у неё чудом получилось, и на одной ноге запрыгала к лесу. Очень медленно, как в воде, словно никуда и не торопилась. На её лице застыло бездушное безразличие ко всему.
А потом позади оказался вервольф и одним ударом отбросил её в сторону, переломав всё, что ещё не сломано. Набросился сверху и сжал челюсти на её голове.
И в этот момент грохнул выстрел.
Эхо от него разошлось по всей поляне.
Сразу две пули попали в вервольфа, одна в плечо, другая черканула по черепу. И тот отпрыгнул, позабыв о своей жертве и переключившись на новую цель.
На границе леса, стоял человек.
Росси, слегка прищурившись, рассматривал довольно крупного залитого кровью вервольфа. Это был холодный и цепкий взгляд охотника, лишённый какого-нибудь волнения перед опасным зверем. Совершенно спокойный России, на лице которого не было никаких эмоций, следили за зверем, видя перед собой не более чем опасную добычу.
Он не боялся, и он был готов поохотиться на крупную дичь.
— Ну давай, облезлая псина, попробуй куснуть кого-нибудь равного тебе по силе, — пробормотал Росси, сжав револьверы, и шагнул вперёд.
Глава 194
От старого доброго Росси не осталось и следа. Теперь это был убийца с невыразительными чертами лица и взглядом, в котором не читалось ничего, кроме желания убить. Он не выглядел испуганным, да он и не боялся, ведь здесь всё просто — или ты выживешь, или умрёшь, иного не дано. А для тех, кто всегда гуляет рядом со смертью, это привычное дело: раньше или позже — какая разница?
Напротив него стоял вервольф. Весь запачканный кровью, в некоторых частях шерсть слиплась в сосульки, но здесь отлично угадывался чёрный цвет. От носа по его спинке меж глаз на затылок шла чёрно-золотистая полоса, сейчас едва заметная из-за крови.