Я осторожно занял своё место и, услышав тихое «кхм-кхм», увидел, как Исси протягивает руку. Точно, муж и жена же…
Но надо было отдать должное, отсюда, с подиума, который возвышался над всеми, открывался отличный вид на весь зал. И что забавно, можно было сразу разглядеть почти каждого отсюда, если зрение позволяло. А на него я не жаловался.
Сразу бросалось в глаза, как все разбились на группы, даже находясь в такой толкучке, где Тарсоны жались едва ли не в самый угол, будто пытаясь стать незаметнее. Или что Диор с Асакой стояли едва ли не первыми, а вокруг уже расположились Фью-Фью, Рандомьеры и другие. Или Доргейнберги, вокруг которых стало неожиданно меньше людей, а все рода, более-менее самостоятельные, просто распределились по залу, теперь ища тех, с кем можно будет выжить в новых реалиях.
Хотя, глядя на улыбку Диора, победную и звериную, я мог сказать точно, что он припомнит каждому, кто шёл против нас, о своём выборе. Он не тот, кто сразу бросится бездумно рубить головы и ставить на место. Нет, Диор из тех, кто будет медленно травить своих недругов, заставляя влачить своё существование.
На мгновение я вернулся мыслями к тому, как мы боролись с Рандомьерами. Вот уж действительно долгий путь к власти: от врагов до союзников, потом изменников, а позже приближённых. Кто мог бы подумать, что они сменят столько сторон, чтобы получить свой кусок пирога? А я-то думал, что их уберут первыми…
Вот действительно род, который олицетворяет, каков бывает реальный путь к власти.
Я взглядом пробежался по залу, но не увидел здесь Суцьиси. Видимо, она решила не возвращаться в политическую жизнь этого мира. Значит, действительно ей требовались архивы, пусть я до конца не понял, зачем именно.
А ещё Росси…
Да уж, вот с кем придётся поговорить…
В зал вышла целая делегация из человек пятнадцати, где едва ли не трое действительно были нужны, а остальные были так, для виду и веса.
Они медленно подошли к ступеням, после чего наверх к тронам поднялись лишь трое. Один шёл с золотой книгой, двое других держали подушки, на которых покоились короны. Одна моя, та самая, которую не успел утащить Вокс, другая тонкая, изящная, словно сплетённая из золотых веток, для Исси.
Тот, что был с книгой, торжественно открыл её, после чего начал зачитывать оттуда речь, которую, скорее всего, знал наизусть.
— Здесь, под взглядом честного народа нашего королевства Майкесендерии и бесконечным светом нашего Солнца, что освещает путь нашего королевства в смуту и процветания в тёмные и золотые годы, мы спросим вас, Тэйлон Аквардиенский…