— Всё настолько было плохо?
— Очень, Тэйлон, очень, — покачала она головой. — Ты много бед принёс.
— Как много?
— Рода Сизых Хвостов больше нет…
— Не жалко, — тут же ответил я.
— Несколько других родов, которые были с ними…
— Тоже не жалко.
И даже хорошо. Надеюсь, этот род мы вырезали под корень.
— Ты убил охотников, которых отправили за тобой. Устроил бойню на одной из ферм, перебил всю животину и подрал несколько деревенских людей. И это только то, что нам известно.
Ладно, предположу, что не всё настолько хорошо. Угрызений совести не чувствую, однако и сказать, что это нормально, не могу. Особенно мне не понравился именно тот факт, что я себя не контролировал. Я вообще не помню, чтобы терял над собой контроль так основательно. Да, я был под действием наркотиков и алкоголя, бывало, нанюхивался газа, вызывающего галлюцинации, однако даже в самом дрянном состоянии контролировал себя.
А здесь… отключился в одном месте, а пришёл вообще где-то в другой империи.
— Долго меня ловили?
— Достаточно, Тэйлон, достаточно.
— Поэтому вы меня так конвоируете, — кивнул я на Юнону, которая сидела в обличии волка и глазела на нас. Хотелось потрогать её мех, погладить такого красивого волка, но лишний раз заводить её не хотелось.
— Не конвоируем. Скорее следим, чтобы с тобой всё было в порядке, — суть не изменилась. Мать подсела поближе, взяв меня за руку. — Ты не очень хорошо контролируешь себя. Будь ты волчонком, проблем бы не возникло: лапой по жопе, зубами за холку и домой. Но ты уже взрослый, одной лапой не утихомиришь. И ты… отличаешься повышенной жестокостью. И если опять обратишься, мы можем не удержать тебя.
— Но ведь я могу и обучиться, разве нет?
— Только если тебя сковать по рукам и ногам, и то совсем не факт. Это как учиться читать — дети легче запоминают информацию, чем взрослые. Тебя можно обучить, но я даже не представляю, сколько времени и усилий понадобится для этого.
— Но я могу, — уточнил я.
— Да, — вздохнула мать. — Ты можешь, Тэйлон. По крайней мере, как и всему другому, обучиться этому можно.
Хотел ли я действительно уметь обращаться?
Естественно. Способов убивать себе подобных мало не бывает. Чем больше умеешь, тем больше шансов выжить. Как показала практика, в конце выживает не самый сильный, а тот, кто лучше всех умеет приспосабливаться к условиям.
— И как мне обратиться? Вновь стать вервольфом?
— Я не знаю, если честно, Тэйлон. Я, как и твоя пассия, — Юнону по имени она не назвала принципиально, — делаем это по желанию. У тебя же… Ты вряд ли чувствуешь момент, этот… это чувство, что можешь обратиться.