По крайней мере, на ближайшие 24 часа.
— Прошу прощения, господа и… и дама, — дворецкий остановился, — Но его сиятельство особенно отметил, что хочет видеть своего хорошего друга и уважаемого гостя в единственном числе. Вам придется подождать здесь.
— Как скажешь, — ответил за всех Максимус.
Шардон кивнул ему и шагнул в комнату, дверь в которую ему любезно распахнул дворецкий.
Вот только это оказался не рабочий кабинет, как было указано на карте, а Тюремная камера.
Находясь в которой, он становился временно отрезан от внешнего мира. А еще здесь были разрешены нападения на союзников, даже не смотря на то, что сам особняк был мирной локацией, исключающей возможность стандартного PvP. К которому, в том числе, относились и сражения между «неписями», а не только игроков с игроками.
— Отличная работа, граф! Признаться честно, был момент, когда я даже засомневался в успехе нашего мероприятия! Присаживайтесь…
Хозяин бала разливал вино по бокалам, и указал гостю на кресло с резной спинкой.
— Ох, вы даже представить не можете, как я порой устаю от этой суеты, мой дорогой Шардонье! Вся эта напускная любезность, чопорные поклоны, великосветские беседы… И в каждом жесте, в каждом слове и в каждом поклоне — фальшь, вранье и предательство!
— Да, мне сложно такое представить, — согласился с ним граф, — Но, надеюсь, смогу понимать вас лучше, когда сам стану герцогом и смогу устраивать подобные мероприятия.
— Об этом я с вами и хотел поговорить, мой друг и уже почти сын. Да вы пейте, пейте…
И герцог сам сделал внушительный глоток.
— Понимаете… Дело в том, что теперь я стал единственным и полноправным наследником нашего славного рода. И единственный живой свидетель того, что это произошло не случайно, а с моей подачи — это вы.
— Верно.
— А как нам известно, такие опасные свидетели долго не живут. Вот вам, например, жить осталось минуты две.
— Вы меня отравили?
— Именно! Традиционно, изящно и коварно — настоящая высокая политика, а не эти ваши вульгарные размахивания острыми железными предметами. Хотя, должен признать, братца Авейна ты разделал знатно! Ничего, что я к тебе на ты? Все равно сейчас ты сдохнешь, наш контракт обнулится, и завтра вечером ты ничего и не вспомнишь ни обо мне, ни о нашем договоре!
— Вы, ваше сиятельство — подлец, лжец и мерзавец.
— Точно подмечено, граф! Жаль, что ты такой наивный простак, и дал обвести себя вокруг пальца.
Шардон захрипел, схватился за горло и рухнул на пол.
Над ним появился дворецкий, присел на корточки, провел рукой над лежащим графом и поднял голову, глядя на своего хозяина: