В школе все более-менее налаживалась, и я сама не заметила, как постепенно вошла в роль завуча. Вилена Марковна, по всей видимости, получила хороший жизненный урок и перестала цепляться к ученикам не по делу. Костю же она предпочитала вежливо не замечать, даже на уроках ни разу не вызывала. Парень, безумно довольный тем, что от него наконец отвязались, молча сидел на задней парте с той же длинной прической и читал параграфы.

Историю с ушами школьники обсуждали еще где-то пару недель, а потом все забылось, даже прекратились паломничества желающих посмотреть чудо чудное — заграничные ушные протезы. Случилось новое ЧП — пятиклассник Илья, которому я недавно одолжила ботинки, на спор съел пять шоколадок «Аврора» и угодил в медпункт, мигом покрывшись крапивницей с головы до ног. У него открылась аллергия. А посему тема для школьных сплетен разом поменялась.

Впрочем, все обошлось. Медсестра Томочка, в очередной раз ничему не удивившись, встретила бедолагу в медпункте, сделала ему промывание желудка, угостила пионера антигистаминным и отправила домой. С тех пор у Ильи, кстати, напрочь пропала тяга к сладкому. Даже при виде простецких ирисок «Золотой ключик» он морщился.

Надо сказать, что кое-какие перемены в жизни Кости Заболотного, вмиг ставшего школьной легендой, все же произошли. Решив помочь влюбленной в него соседке по парте, которую Костя абсолютно не замечал, я как-то раз «случайно» закрыла их вдвоем в классе часа на два. В этот день им обоим выпало дежурить. Что у них там произошло, я не знаю. Может быть, за два часа общения вспыхнула какая-то искра или еще что, но со следующего дня Костя и его соседка были неразлучны. А чемпионка по гиревому спорту Мила теперь ходила мрачнее тучи. Ей ничего не обломилось.

Я же, в свою очередь, была очень довольна, что помогла будущей свекрови… К наивной улыбчивой девочке с косичками, которая со временем превратилась в полную интеллигентную даму, маму моего будущего супруга, я относилась с огромной симпатией. Свекровь никогда не лезла в наши отношения с Гошей, не заявлялась на порог, не устраивала проверок, не учила жизни и не заявляла: «А вот у нас в СССР трава была зеленее, вода жиже, а арбузы слаще!». Вместе со своим мужем Константином Петровичем, в двадцатых годах двадцать первого века уже ставшим солидным грузным мужчиной, она перебралась из городской квартиры на дачу и зажила там в свое удовольствие.

Неожиданно нарисовавшийся на горизонте мой бывший супруг Никита Гвоздик так же быстро пропал, как и объявился. Наверное, он впечатлен был внушительным ростом и солидной густой бородой моего «жениха» Макса. Тот на прощание придержал героя-любовника за локоток в прихожей и ласково, не повышая голоса, сказал: