— Так-так, с этого места поподробнее, неужто моего прошлого «фитиля» опять ему мало показалось? — встрепенулся Руднев.

— Всеволод Федорович, может, сначала японца добьем, — ехидненько, как в старые добрые времена, поинтересовался бывший старший офицер «Варяга».

Оторвавшись на мгновение от бинокля, Руднев стряхнул с козырька фуражки брызги, долетевшие до мостика после падения ухнувшего совсем недалеко от борта японского восьмидюймового «привета».

— Ладно, первым делом мы утопим «Такасаго». Но на будущее запомните — вы в ответе не только за то, как ваши люди воюют в море, но и за то, чем они занимаются на берегу! А в данном случае — вдвойне. Поговорку «рыба гниет с головы» помните? А он часть головы рыбы всероссийской. И вправить мозги этой конкретной голове можем только мы, раз судьба так распорядилась. И дурь эту пробританскую из нее повышибить. А больше, увы, некому.

— Ну, беготня под осколками английских снарядов, выпущенных из английских пушек английскими союзничками, знаете ли, несколько способствует, Всеволод Федорович.

— О том и речь, любезный Вениамин Васильевич. И кстати, давайте-ка пойдем за броню. Начинается кордебалет, и эти самые британские осколки до нас уже долетают. «Собачка» обречена по-любому, поэтому глупо рисковать — никакого смысла не вижу. Кирилл Владимирович! Поднимайтесь к нам, в боевую!

* * *

Пока на мостике господа старшие офицеры обсуждали судьбы России, артиллеристы под командованием Зарубаева уточнили дистанцию пристрелкой. Глухо прорычала пара восьмидюймовок, и дружно, подобно пулемету-заике, загрохотали бортовые шестидюймовые орудия. На «Такасаго» попытались, резко изменив курс, выйти из-под накрытий. Но тщетно — раненый крейсер не мог спастись от своего более крупного, лучше вооруженного и быстрого противника. А если принять во внимание разницу в классе артиллеристов и дальномерщиков (если на «Варяге» тренировались в стволиковой стрельбе каждую неделю и ежемесячно проводили стрельбы штатными практическими снарядами, то «Такасаго» обычно выполнял разведывательные и дозорные функции и серьезных столкновений с противником не имел), то становилось очевидно — шансов у японцев нет.

Но сдаваться без боя моряки флота Микадо, естественно, не собирались. Когда на «Такасаго» поняли, что уйти от настигающего «Варяга» или хотя бы выброситься на берег не удастся, его командир Исибаси приказал изменить курс на три румба вправо, чтобы ввести в бой артиллерию левого борта и носовую восьмидюймовку. Если боги так распорядились, значит, ему остается лишь попытаться подороже продать свою жизнь и жизни своих моряков.