Собеседник его, выглядящий вполне обычно, устало отбивается:
— Понравились, Лёшка, понравились…
— И что? Нет, ну ведь все говорят «понравились»… ты рецензии читал?
— Читал…
— Лады, треть писал я сам, — самокритично признается сиамский близнец. — Треть — приятели. Но ещё треть — ведь настоящие?
— Настоящие…
— Разве плохо я западников переделал? Там уже почти не видно, откуда ноги растут, совершенно самостоятельно всё стало!
— Ну, кому не видно, а кому и очень даже… — туманно бормочет его собеседник, пытаясь сосредоточиться на йогурте.
— Ты скажи, разве что-то не так? Я ведь всех конкурентов раздолбал в пух и прах, по всем прошёлся, будто бульдозер.
Бульдозеры грязи не боятся, ха-ха! Интригу такую закрутил, что финала вообще не нужно! Чего не хватает?
— Души, — слышится в ответ.
Невольно улыбаюсь, отворачиваюсь в сторону, чтобы не смущать сиамское чудо. Забавное место этот «Старый суслик».
Только фраза западает в голову. Сиамский близнец тем временем суетится и требует объяснить ему, что такое душа и как её можно зафиксировать.
Да уж, научились бы душу фиксировать… какой замечательный простор для работы государственных служб…
Официант приносит мой заказ. Яичница прямо в сковороде, шипящая, в меру прожаренная, с прозрачными кусочками сала и нежными ломтиками бекона. Сок свежевыжатый, «витамины в нём так и прыгают», как говорил один мой знакомый.
— Чего-нибудь не хватает? — вежливо интересуется официант.
— Души, — невольно отвечаю я.
— Извините, нет в меню, — произносит официант невозмутимо. Растерянно смотрю ему в глаза.
Нет, программа.
— Спасибо, — говорю я. — Я знаю.
— Что-нибудь ещё?
Медлю. Незачем мне ехать в виртуальную тюрьму. Материалов для отчёта хватает. А знать результаты испытаний даже и не хочется.
Пусть белокурая бестия Чингиз мечется по Москве, пытаясь найти союзников! Это его дайверское дело. А я — простая сотрудница МВД. И влезать в разборки между ведомствами и отдельными начальственными шишками — мне для здоровья противопоказано.
— Закажите такси до русского сектора Диптауна, — прошу я.
1000
В этот раз меня пропускают в тюрьму без всяких задержек. Не таясь, отзванивают Томилину, докладывая о моём приходе. Через двор меня провожает очень молодой и интеллигентный охранник, такого легче представить в хорошем костюме за столом в серьёзном офисе, чем в форме сержанта и с пистолетом на боку.
Сегодня внутренний двор тюрьмы заполнен людьми. Заключённых вывели на прогулку… И вот теперь их поведение знакомо. При моём появлении раздаётся лёгкий гул. Меня ощупывают оценивающие, жадные взгляды. Доносятся отдельные реплики — пристальному изучению подвергаются ноги, руки, грудь…