— И не превратим. Мы сделаем так, чтобы семьи не сбежали через пятнадцать минут.

— Наш покупатель не любит суеты.

— Никто не любит. Особенно покупатель с ребёнком, ипотекой и менеджером, который

разговаривает терминами.

Кирилл смотрел в планшет, но я видела, что слушает. Ратников не вмешивался. Сидел напротив,

просматривал договор и давал нам возможность сцепиться без его участия.

Ксения улыбнулась тонко.

— У вас интересный взгляд. Видно, что вы больше по бытовым деталям.

Раньше я бы проглотила. Улыбнулась бы, сказала что-то мягкое, чтобы не портить отношения.

Сегодня после Сони, Артёма, торта и проверки мой лимит на вежливое проглатывание был

потрачен.

— Бытовые детали и продают квартиры, Ксения. Люди покупают не буклет, а место, где будут

ругаться из-за уроков, хранить санки, ждать доставку, выбирать шторы и искать парковку

вечером. Если мы это не учитываем, они уйдут к тем, кто учитывает.

Марина Леонидовна кивнула.

— Согласна. У нас в клиентском сервисе половина жалоб начинается с мелочей. Где сесть с

ребёнком, где зарядить телефон, почему не объяснили простым языком.

Ксения поджала губы, но спорить не стала. Ратников перевернул страницу договора и сказал:

— Вот с этого и начинаем. Без красивой пустоты.

Объект встретил нас строительным забором, рабочими касками и таким количеством пыли, что я

сразу пожалела о тёмных брюках. Клиентский центр находился на первом этаже нового корпуса.

Снаружи уже поставили стеклянные двери, внутри ещё тянули провода, собирали стойку ресепшен

и монтировали световые панели.

Я надела каску, жилет и прошла в помещение. Тут сразу стало ясно, что схема врала. На

бумаге проход казался широким, на деле у входа получалась пробка: стойка регистрации, макет

комплекса и место для фотографа стояли слишком близко.

— Фотографа отсюда убрать, — сказала я. — Он будет мешать входу.

Ксения возмутилась:

— Это лучшая точка по свету.

— Это худшая точка по людям. Если у входа соберётся толпа, все решат, что внутри хаос.

Фотозону двигаем к панорамному окну, там гости уже прошли регистрацию и не мешают потоку.

— Но бренд-стена рассчитана под эту сторону.

— Значит, пересчитаем конструкцию. Лучше переделать стену, чем получить очередь на входе и

злых гостей на фото.

Ратников шёл рядом и молчал. Это молчание давило на всех сильнее любого приказа. Подрядчик

по монтажу, худой мужчина по имени Павел, нервно листал планы.

— Если переносить, надо сегодня дать решение. Завтра каркас уходит в производство.

— Сегодня дадим, — сказала я.

— И кто подпишет?

— Я, если мне дали проект. Кирилл проверит бюджет. Демьян Андреевич утвердит, если мы не