На вынесенный подлым центровым жестокий приговор девочка опять хихикает. А я впадаю в блаженную дрёму. Тёплый солнечный день, красивая девушка рядом, спешить некуда… лови мгновенья счастья, о, доблестный герой!

— Вить, бабушка на обед зовёт, — Алиса хорошей женой кому-то станет, ишь, как деликатно меня за плечо теребит. Авось и мне повезёт, не с ней, так с другой, не хуже.

Во время обеда Басима пытается меня на какие-то трудовые подвиги подвязать. Доедая вкуснейший борщ, отметаю жалкие инсинуации в сторону.

— Не, бабуль, меня моя армия ждёт. Подлый враг у порога родного дома, совсем обнаглел, пора ему харакири делать.

— Опять! — Всплёскивает руками Басима. — Опять смертоубийство измышляешь?

Алиска хихикает, на что смотрю с удовольствием.

— Война, бабушка, лекарство против морщин, дело, так сказать, молодых. Настоящие мужчины умирают только в бою. Дай лучше самогонки грамм сто, — требую я, — на выпить за будущую славную победу!

И добавляю, глядя на Алису:

— Во имя прекрасных дам!

Хлобысь! Это мне прилетает полотенцем от Басимы, небольно, но обидно. Прекрасная дама краснеет от смущения и удовольствия. И снова хихикает. Вроде глупо выглядит, но почему-то смотреть приятно.

— Бабушка, как смеешь ты обращаться так грубо с командиром боевой дружины родной Выселковщины? Хорошо, хорошо, не надо ста грамм!

Не надо ни ста грамм, ни полотенцем по многострадальной голове.

После компота встаю и, чтобы забросить Басиму в режим зависания, перехожу на французский. Короткие фразы приступов головной боли не вызывают.

— Гранд-маман, мерси боку пур ле дежине де люкс (огромное мерси за роскошный обед, бабушка), — и шаркаю ножкой. Алиска давится от смеха компотом, часто употребляемые слова, вроде «гранд-маман и мерси боку» давно знает, всё остальное идёт прицепом. Басима ожидаемо подвисает, я сруливаю по-быстрому на улицу.

Есть ещё полчаса послеобеденного отдыха, обеду надо уложиться и прижиться в организме. Провожу их лёжа на лавке.

— Цыпа-цыпа-цыпа! Опять пузо греешь, лодырь? — Ворчит неугомонная Басима, бросая зерно курам прямо на землю.

— О, гранд-маманг, — звук «н» произношу с дичайшим прононсом вплоть до отчётливого «г» в конце, — почему ВЫ не соблюдаете режим труда и отдыха? Очень вредно для организма двигаться после обеда. Здоровье, гранд-маманг, требуется беречь смолоду.

— Балабол… что за гранд-мамангу придумал?

— Сиеста, гранд-маманг, придумана древними римлянами не зря, — наставительно поднимаю палец, — это величайшее достижение человеческой цивилизации. А гранд-маманг это бабушка по-французски.