— Ого! — Это всё, что он мог сказать.
Катюшка тут же подбегает и принимается тараторить. Что она там вливает отцу в уши, не слушаю. И так понятно, сплошной поток эмоций.
— А мы думаем, чего это он тут притих? Оказывается, девочкам сюрприз готовил, — из уст мачехи патока льётся почти видимым потоком. Аж скулы сводит. И на мой уничтожающий взгляд не реагирует. Совсем от рук отбилась⁈
— Пап, мы обещали вам не мешать, — обращаюсь к отцу, который маячит на заднем плане.
— Да-да, сын, вы нам не мешаете…
— А разве это не предполагает ответных обязательств? — Ехидно интересуюсь я.
Надо отдать должное Николаю Дмитричу, до него первого доходит смысл моего вопроса.
— Да-да, не будем вам мешать, — вслед за ним удаляются все, а я задумываюсь: не заблокировать ли дверь клином?
Через час родители усаживают нас за стол. Вероника Пална, — временно прекратил называть её про себя Вероникой Падловной, — забацала какие-то вкусные плюшки и теперь суетится перед высокими гостями.
Зина пробует, ей нравится и чтобы выразить своё восхищение, она бурчит слово, слишком похожее на «очешуительно». Толкаю её локтем «молчи, дура!» и на ласковый вопрос мачехи «Что ты говоришь, деточка?» отвечаю за неё.
— Она говорит — очень здорово, — что интересно, вовсе не вру, это прямой перевод с зининого языка. Катя хихикает. Хорошо, что Кирюшка далеко сидит, а то бы он немедленно ретранслировал на предельной громкости. А пределов его громкости не знает никто.
В общей сложности девчонки проводят у нас часа четыре. Даже устал от них. Да что я? Кирюшка от них устал! Как только они ушли, он срубился спать. Прихожу после проводов до дому, я же джентльмен, а он дрыхнет. Прямо на полу, рядом с замком. Прибираюсь и сам валюсь рядом. Не зря день прошёл…
Сцена №9. Прогулки
С моим фантазийно-пластилиновым замком мы возились безотрывно пару дней. Потом проявляю махровый волюнтаризм и переключаю внимание на уличные прогулки. Зима скоро кончится, а зимняя крепость до сих пор не готова. Непорядок! А Обормота кто будет прогуливать? Непорядок! На его хозяина надежды мало, он — холостяк, жены нет, чтобы его к дисциплине приучать.
Когда мы пришли за Обормотом, тот от радости чуть хозяина вместе с нами из подъезда не вынес. Хотя хозяин вообще на прогулку не собирался. Общими усилиями справились с этим бушующим от восторга монстром, надели намордник, прицепили поводок и, уцепившись за него втроём, с трудом выводим его во двор. Вернее, выглядело так, что он нас выволок, а мы втроём изо всех сил упирались. Кирюшку, который всей душой рвался к «Обоймоту», придерживает хозяин. В целях травмобезопасности. Надо бы как-нибудь упряжку для пса сделать, можно не хило покататься. Тяговое усилие у зверюги аномальное.