— Хорошо, пап. Только сразу предупреждаю. Как только вы уедете, на следующий день иду в полицию и пишу на вас заявление. Вас прямо в отпуске полицейские за жабры возьмут. Куда вы там едете? В Адлер?
Очередное мачехино «ах!» предваряет долгое тяжёлое молчание.
— Давно пора забыть об этом, сын, — папахен ощутимо мрачнеет, взгляд тяжелеет.
— О чём? — До меня не сразу доходит, что он вспоминает о том «ратном подвиге» мачехи в тяжелейшей схватке с шестилеткой.
— Лучше вы вспомните, — не нахожу нужным заострять внимание, с того случая давно выжал все возможные плюшки, — позавчерашний фильм по телику.
Название не важно, таких эпизодов в американском кино полно. Родители куда-то уходят, а для ребёнка или детей нанимают одноразовую няню. Какую-нибудь девушку по соседству. Платят ей сколько-то, она и остаётся с ребёнком. Об этом и напоминаю. Мы все вместе его смотрели.
— Тот пацан вроде ещё старше был, чем я. А вы денег платить не хотите, и вместо того, чтобы со мной взрослого оставлять, ещё маленького на меня спихиваете. Ни стыда у вас, ни совести, — это я любимый упрёк мачехи цитирую. Вашим салом — вам по сусалам.
— Так что сразу заявление на вас накатаю. На оставление маленького ребёнка без присмотра взрослых. Да чего тянуть? Завтра же напишу. Пока в городе.
— А ты что, писать умеешь? Ах, да… — до мачехи доходит. Корявенько, печатными буквами, но умею. Уже демонстрировал.
И контрольный выстрел.
— Кир! — Младший поворачивает ко мне мордашку. — Хочешь в море искупаться? Вот с мамой и папой в самолёте полетишь к морю. Хочешь на самолёте полетать?
Конечно, он хочет. Ещё как хочет. Соскакивает с кресла, то есть, с моих ног и начинает бегать по комнате, раскинув руки и громко гудя. Самолёт изображает.
Теперь пусть объясняют ему, что никакого самолёта и моря ему не будет. А будет обычный лес, грязный пруд, злые кусачие гуси и кучи навоза. Пусть попробуют. Главное, нет возможности на меня спихнуть. При чём тут я, если это они его на море не хотят брать.
Ухожу в комнату. С трудом удерживаю глумливое хихиканье от вида озадаченных и удручённых родителей. Полтора это ведь множественное число? Мне надо просмеяться…
Через неделю, май ещё не кончился, папахен отвозит меня к своей тётке. Переночевал и обратно. Бабушка Серафима мне глянулась. Покладистая и добрая, пусть не без придури. Что с этих взрослых возьмёшь?
Эпизод 1. Прибытие
Бабушка Серафима, которую я тут же для краткости стал звать БаСима, обычная добрая пожилая женщина небольшого роста. Моментально понимаю, что пирогами и прочей сметаной обеспечен полностью. Но с тараканами, теми самыми, в достатке водящихся в головах многих взрослых, бороться пришлось.