— Колян! — Кричит один по моей команде. — Вылавливай одежду, а то уплывёт…

— Эй, вы чего там? — Интересуются пожилые дядьки. Не обращаю внимания.

На оставшуюся троицу сыпется град ударов. Закрываются руками и получают жестокие удары по «тормозам». Вбивать их в песок по-серьёзному не планирую. Не сегодня.

— А ну прекратите! — Дядьки подходят, призывая нас к миру и гуманизму. Да и так заканчиваем.

— Хорош! — Командую с последним своим джебом. Показалось, что один из троих слишком слабый удар в глаз получил. Хочу каждому подвесить фонарь. Чем дольше будет он светить, тем крепче будет помнить украшенный фингалом, кто он и где.

— Вы чего вытворяете? — Мужики пробуют нас оттащить. Но перемещённые парни тут же возвращаются обратно. Что воду в решете таскать.

— Да всё уже! — Отмахиваюсь и поясняю. — Это же центровые! А ну, встать всем!

Последняя команда к зашуганным мальчишкам. Те встают, и я удивляюсь: здоровые ведь парни! Четвёртый класс, а может, и пятый.

— Слушайте меня внимательно. Ждём вас завтра на футбольном поле. В два часа! Всех! Кто не придёт, по одному отловим! Понятно⁈ Свободны!

Величественным жестом отпускаю побитых вражин. Теперь четвёртый! Я сказал: четвёртый!

— Колян! Выходи! Гарантируем тебе жизнь и немного здоровья!

Не выходит. Дядьки вылавливают его одежду и развешивают на кустах.

— Отловим? — Азартно предлагает Виталик.

— Ты за день не наколбасился? — Смотрю заинтересованно. — Надо тебе нагрузку увеличить, раз сил много остаётся. Пусть прячется. Как крыса.

Всласть купаемся. Алиска успевает не только окунуться, но и нарвать не успевшие отцвести одуванчики и сооружает мне на голову венок. Не противлюсь. А то на Виталика нацепит. Сердце красавиц оно такое, склонно к изменам.

Сцена 4. Решительная битва

Стоим на краю спуска на поле. При виде нас хаотически бурлящая толпа концентрируется на противоположной стороне.

— Это чо, у них палки? — Восклицает один измоих. Слава небесам, явного страха не слышу, всего лишь законная опаска. Дело не только в палках…

— Что-то их многовато… — задумчиво чешет затылок Валерик.

Согласен, много их сегодня. Всеобщую мобилизацию объявили? В прошлый их было в полтора раза больше, сейчас в три… нет, в три с половиной. Человек сорок-сорок пять, как-то так. И зрителей на откосах хватает. Кучкуются девчонки, суетится мелкота, даже взрослые есть, сплошь пожилые. Рабочий день в разгаре, только пенсионеры могут позволить себе развлечение.

— И что это значит? — Многозначительно спрашиваю дружину. Все заинтересованно глядят мне в лицо, когда поворачиваюсь к ним.