— Ну это, наверное, нужно спросить у рабочих, а не у меня, — ответил я, отмазываясь.

Профессор повернулся к товарищам с лопатами и стал высматривать того, кто отдал ему сосуд, увидев спросил, где тот нашёл это чудо?

— Вот тут, — сказал парень и показал лопатой на место раскопки.

— Дайте сюда лопату, — проговорил хмурый и стал аккуратно копать вокруг места предварительно предполагаемого «клондайка». Доцент Абрамян тоже не остался в стороне и также, взяв лопату, с воодушевлением присоединился к коллеге.

Хватило их довольно-таки на много и уже через час были обнаружены еще один целый и один разбитый сосуды. Радости ученых не было предела, а вот рабочие устали и стали намекать что уже восемь вечера и пора бы сворачиваться. Тем более, что даже в пещеру стал проникать аромат жарящегося неподалеку шашлыка.

Расстроенные ученые согласились прерваться на ужин и закончить на сегодня поиски сокровищ. На ужин, как и было обещанно, у нас был шашлык из парного мяса, зелень, соус, лаваш, несколько бутылок вина, сыр, минеральная вода. Я пил минералку, сказав своему организму: «Хватит бухать». После застолья ко мне подошёл, весь перепачканный, задумчивый профессор Товмасян.

— Александр, скажи честно, ведь это ты всё подстроил?

— Нет. Ничего я не подстраивал, — честно ответил «неподстраивальщик».

Учёный внимательно посмотрел на меня и воодушевлённо произнёс:

— Неужели это правда, неужели ты действительно нашел стоянку древних людей? Сюда нужно срочно вызывать профессиональных археологов, потому как эти, нанятые тобой рабочие, чёрте что тут накапают! Здесь же нужно методично, скрупулёзно, сантиметр за сантиметром, — продолжал он и в этот момент из пещеры вновь заорали:

— Нашёл! Нашёл! Нашёл ботинок! — кричали откуда-то.

Вообще, эти крики нас крайне удивили, потому как в пещере мы сегодня работать больше не планировали. Зайдя внутрь поняли, что кричал Абрамян. Оказалось, что энтузиаст-доцент, наевшись шашлыка, решил работать до упора и таки откопал древнюю обувь, которая находилась рядом с козьими рогами на глубине чуть более двух метров.

— Дай посмотреть, — сказал Товмасян и аккуратно взял предмет в руки. — Этого не может быть, — прошептал он, трогая на ощупь кожу. — Она не может быть старая! — закричал профессор.

— Почему не может? — задал я риторический вопрос в пустоту, — очень даже может. — и напомнил: — Я же говорил о микроклимате пещеры уже. Видите, козьи рога? Смотрите, как хорошо сохранились, — я показал на них рукой, — а это, наверное, козьи экскременты. Обувь попала в них, как бы законсервировалась, — пояснил пионер «свою» гипотезу учёным.