* * *

Стоило тревожно завыть сиренам, как в Новом Орлеане начался форменный ад. И это еще слава богу, что люди в нашем коллективе очень дисциплинированные — сказано сдать ключи и в 12.00 сидеть в автобусе, значит, так оно и будет. Вячеслав, ворвавшись в номер, доложил, что все наши успели еще до сирены спуститься вниз, и мы с Альдоной последние, кто задержался в номере.

Так что нам оставалось только подхватить собранные к тому моменту сумки, и в окружении охраны направиться к лестнице запасного выхода, здраво рассудив, что у лифта сейчас творится настоящее столпотворение. Впрочем, такие умные оказались не одни мы, и на лестнице тоже было довольно тесновато от желающих добраться до первого этажа. Но обошлось без эксцессов, и вскоре, бросив на стойку ресепшен ключи от наших номеров, мы поспешили покинуть отель, пока перепуганные орлеанцы нас окончательно не затоптали.

— Все здесь? — спросил я у Сергея Сергеевича, стоявшего рядом с автобусом и явно ожидавшего меня.

— … Все — покосился полковник на Снежную Королеву — Виктор, отойдем на пару слов.

Подождав, пока все зашли в автобус, мы отошли метра на три. Впрочем, могли бы и не делать этого — сирены периодически снова принимались завывать и гвалт постояльцев перед отелем стоял такой, что нас бы при всем желании никто не смог подслушать.

— Что вы решили?

— Я остаюсь ждать.

— Уверены? Может, стоит оставить здесь кого-то из ребят?

— Никто кроме нас с тобой не знает, что случилось. И не должны узнать. Даже Вячеслав. Так что я сам попробую дождаться Андрея. Всем остальным я сейчас сообщил, что он попал в больницу с разрывом сухожилий. Ночью прошла операция под общим наркозом, но по какой-то непонятной причине персонал клиники забыл сообщить о его местонахождении в отель. Андрей очнулся только недавно, и сразу же сам мне позвонил.

Я тяжело вздохнул, покачал головой:

— Так себе легенда, все это на мой взгляд шито белыми нитками…

— Ну, это ты у нас такой недоверчивый, с остальными прокатило, а мои ребята приучены лишних вопросов не задавать, если даже очень хочется. Да и другую версию некогда было придумывать. Я все же до последней минуты надеялся, что он появится.

— А если… нет?

— Тогда завтра вечером мы встретимся уже в Майами. Но сначала я должен убедиться, что…

Тут полковник замялся и замолк. Я тоже не торопил его, но потом все-таки спросил:

— Денег дать?

— Нет, я у Григория Давыдовича взял, должно хватить. Всё, уезжайте. Не теряй времени. Сейчас на дорогах начнется хаос, все рванут подальше от побережья.

Кивнув полковнику, я поднялся в автобус и велел водителю как можно быстрее выбираться из города на шоссе, ведущее в сторону Галфпорта. В салоне громко работало радио и все наши напряженно вслушивались в скороговорку взволнованного диктора, который сообщал об обстановке в городе на эту минуту. Английский не у всех был на высоте, поэтому музыканты переспрашивали друг друга, уточняя незнакомые слова.