Гор смотрел на меня так, словно впервые за все время нашего знакомства увидел во мне не молодого успешного артиста, не юного интригана, а что-то… другое.

— Хорошо, Виктор. Я займусь этим. Найду отца Майкла и узнаю, как нам лучше все оформить. Но ты меня сегодня… удивил. Твои щедрость и сострадание впечатляют.

Он протянул мне руку. Его рукопожатие было крепким и ободряющим.

— Спасибо, Майкл! — выдохнул я — Просто сделай все, чтобы они могли и дальше кормить голодных людей.

— Сделаю. Обещаю.

Я почувствовал огромное облегчение после его слов. Важное решение принято. Деньги, заработанные нами в Америке, помогут тем, кто остался за бортом американской мечты. В этом была какая-то горькая ирония. Но и своя правда. По крайней мере, конкретные нуждающиеся люди, которых я встретил сегодня, получат еду, лекарства и одежду. День выдался насыщенным. Удивительным на встречи. И, кажется, прожит не зря…

* * *

…Вернувшись в номер, достаю свою записную книжку и перелистываю ее, решая с кого бы мне начать. Время сделать несколько крайне важных звонков своим старым и новым знакомым, чтобы заранее грамотно включить в личное расписание встречи с этими людьми.

Посмотрев на часы, решаю первым позвонить Годуновым, а то вдруг у них именно сегодня вечерний спектакль. И как в воду глядел! Но на мое счастье они пока еще дома и только собираются в театр. Чувствуется, что Саша с Людой очень рады моему звонку, но им явно некогда разговаривать — артисты спешат на работу. Договариваемся встретиться завтра вечером: сначала посетим их спектакль, а потом посидим где-нибудь в ресторане и там уж от души пообщаемся.

После Годуновых звоню Джорджу Лукасу, но там нарываюсь на автоответчик. Оставляю сообщение: прошу перезвонить мне в отель, диктую номер своего телефона. В принципе с Лукасом не горит, можно и завтра пообщаться.

Дальше в моем списке Грейс Мирабелла — главный редактор американского Vogue. Надеюсь, она еще не успела меня забыть за прошедшие полгода. Все-таки интервью в Лондоне было ярким и запоминающимся.

Набираю номер, который она сама мне когда-то дала. Отвечают неожиданно быстро. Голос Грейс я сразу узнаю — он довольно строгий, с приятными обертонами.

— Добрый день, миссис Мирабелла! — приветствую я ее, стараясь звучать максимально дружелюбно — Это Виктор Селезнев. Помните наше апрельское интервью в Савойе?

— О, Виктор! Как поживаете? — в голосе Грейс слышится легкое удивление. Ее любезное приветствие еще ни о чем не говорит, это всего лишь дань вежливости. И скорее всего, ей сейчас не до меня, раз началась Неделя моды.