— Ну какие? — усмехнулась Ната.

— Какие?.. — с улыбкой переспросил Ваня. — Например, любовь!

Девушки растерянно переглянулись, а Ваня продолжал вещать:

— Любовь как раз и является тем, что позволяет нам уйти от одиночества. Преодолеть нашу оторванность и противопоставление другому. Жан Поль Сартр как-то написал: “Ад — это другие”. Но парадокс нашего положения заключается в том, что и Рай — это тоже другие. Еще в Древней Греции возникло представление о том, что люди — это не целое, а лишь части целого, соединяемого любовью. Именно любовь позволяет нам преодолеть все барьеры и слиться в единое целое. Причем мы можем преодолеть границу нашей телесности в прямом смысле. Проникнув… гхм… ну, или впустив другого в себя…

— Ты про секс? — уточнила Юка, утащив с Ваниной тарелки отложенную напоследок оливку.

Ваня осекся и покраснел:

— Ну… да. В том числе… Хотя это скорее метафора…

— Я понимаю, — за оливкой Юка стащила последнюю помидорку.

Ваня с сожалением покосился на стремительно пустеющею тарелку. Но его мысли неудержимо летели вперед:

— А кроме любви есть дружба и творчество! И это если говорить только о самых очевидных вещах!

Опять повисло молчание.

На столе появился Ванин чизкейк. Отказавшиеся от десерта девушки потянулись за вилками.

— Мне все равно не очень понятно, почему индивидуализм делает нас зомби? — спросила Катя, обмакнув кусочек чизкейка в карамельную подливку. — А ничего так… Вкусно!

— Зомби — это тоже всего лишь метафора… — начал было Иван.

— Угу… Метафора… — проворчала Катя и невольно потерла рукой укушенную в вирте лодыжку.

Ваня неловко поежился и погладил Катю по руке:

— Дурацкая, конечно, метафора, но очень яркая. Недаром зомби-апокалипсис так прочно вошел в нашу культуру. Суть в том, что он уже давно начался. Просто мы этого не замечаем. Точнее, не хотим замечать. Одинокий и потерянный субъект пытается всеми силами унять пожирающий его внутренний голод. На самом деле это, конечно, страх одиночества и заброшенности. Но субъекту кажется, что можно победить этот страх, если… ну, не знаю… купить модный прикид и навороченную тачку. А отсюда потребительское безумие, стремление идти по головам ради… Да я даже не знаю, ради чего! Но зомби четко видит свою цель и идет к ней несмотря ни на что.

— Блин! Может, хватит?! — не выдержала Ната, накалывая на вилку большой кусок чизкейка. — Хорош нас грузить!

— Правду говорить легко и приятно, — усмехнулся Ваня, — а вот слушать — не очень…

— Знаешь… — задумчиво сказала Катя, — вот ты говорил, что секс — это способ выйти за границы субъекта. Лекарство против всеобщего зомбирования… Мне бы очень хотелось, чтобы ты оказался прав. Но… Я вспоминаю своего бывшего мужа… У нас был секс. Но ничего похожего на близость и цельность, о которых ты говоришь, я никогда с ним не ощущала.