…
Юка шла впереди, держа наготове клинок. Она уже зарубила несколько зомби. Причем ей удалось сделать это почти беззвучно. Так что пока удавалось не привлекать к себе лишнего внимания.
Несколько напряженных минут блуждания в тени деревьев, и вот наконец впереди показалась какая-то громоздкая конструкция. Через несколько секунд они вышли на небольшую круглую площадку, в центре которой возвышалась скульптурная композиция, плохо различимая в темноте. Рядом с ней, в лучших литературных традициях, стоял белый рояль, на крышке которого лежали альт, скрипка и виолончель. А сбоку от него стояло несколько больших барабанов и медные тарелки. Вокруг было расставлено четыре нотных пюпитра.
Музыканты переглянулись и подошли к своим инструментам. Бойцы заняли круговую оборону.
— Надеюсь, на этот раз одежду можно не снимать… — проворчала Ната, поднимая крышку рояля.
Ее товарищи торопливо укрепляли фонарики над нотами.
Она посмотрел на квартет:
— Are you ready?
Утвердительный шепот в ответ.
Бойцы, плотной стеной окружившие музыкантов, подняли оружие.
— Ну, начали… — сказала Ната и опустила пальцы на клавиши рояля.
Как и в прошлый раз, звук инструмента оказался ошеломительным и оглушающим.
Заратустра Штрауса не говорил, а кричал. Ровный гул первых аккордов нарастал с каждой секундой увеличивая громкость и напор.
Вдалеке раздался рев. Казалось, что от топота тысяч ног задрожала земля.
— Пипец… — прохрипел Димон, когда из-за деревьев показалась первая волна зомбаков.
Загрохотали выстрелы.
Но музыкальный гром все нарастал и нарастал. И даже пальба не могла заглушить торжественные звуки.
Вот к квартету присоединился барабан:
— Па-бам! Па-бам! Па-бам! — грохотал он, перекрывая рев голодных монстров и отчаянную пальбу.
Звук поднимался все выше и выше. Тяжелое торжество мелодии каким-то странным образом гармонировало с безумной картиной атаки голодных мертвецов.
Еще один аккорд. И еще один. Пальцы Наташи отчаянно били по клавишам рояля.
Ваня стрелял и стрелял, невольно захваченный кровавым безумием. Было жутко и восхитительно. К счастью, мелодия оказалась короткой.
Ната не торопилась. Несмотря на рвущихся к ней зомбаков, она ни разу не сфальшивила и не сбилась с темпа. Еще несколько секунд, и наконец раздался финальный аккорд.
После грохота музыки и боя, над Центральным Парком, да и над всем Манхеттеном повисла тишина. Казалось, что все замерло и застыло. Даже ветер, даже листья на деревьях замерли, наслаждаясь тишиной. И вдруг словно легкая голубая волна прокатилась по рядам зомбаков, плотно обступивших отчаянно сражающихся бойцов, и все зомби разом рухнули на землю.