3
Наконец это ужасный день подошел к концу. Ваня чувствовал опустошение и усталость. Глаза слипались. Хотелось упасть на жесткую скрипучую койку и провалиться в забытье. У двери спального помещения стоял Димон. Завидев Ивана, он отступил, пропуская того внутрь. Ваня благодарно кивнул и открыл дверь.
Неожиданно он почувствовал резкий толчок в спину и, споткнувшись обо что-то, грохнулся на пол. Через мгновение свет погас, а Ване на голову набросили одеяло. На него обрушился град ударов. Ногой под дых, потом в темя и в живот.
— Гаси его!
— Будет знать!
— Гандон!
— Урод!
Удары сыпались непрерывно — все злее и жестче.
У Вани из носа хлынула кровь, потемнело в глазах. Что-то хрустнуло. Он свернулся в клубок и обхватил голову руками. Но это не могло спасти от свирепых ударов. Глаза заволокло красной пеленой, и Ваня отключился.
…
Резкий запах заставил Ваню вздрогнуть. Он попытался открыть глаза. Левый глаз заплыл и не открывался. Сквозь едва приоткрывается веко Ваня с трудом различил расплывчатый силуэт медсестры и постарался отвернуться от пропитанной нашатырем ваты, лезущей ему в нос. Тело пронзила острая боль. Он невольно застонал.
— Очухался, — выдохнула она с облегчением.
— Жить будет?
— Да что ему сделается!
— Так скорую можно не вызывать?
— Обойдется…
В голове звенело. По всему телу пульсировала боль.
В руку вонзилась игла. Ваня невольно дернулся.
— Лежи спокойно! — прикрикнула медсестра.
Иван прикрыл глаза и снова провалился в пустоту, заполненную бредовыми образами и воспоминаниями.
Перед ним появилась Ната. На ней были лишь короткие облегающие шорты. Руки были сведены за спиной, из рассеченной брови струилась кровь и капала на обнаженную грудь. Девушка смотрела с вызовом и брезгливым отвращением. Рядом стоял Димон, протягивая Ване тяжелый глок.
— Шлепни эту сучку!
Ваня машинально схватил холодную шершавую рукоять.
— Давай! — приказал ефрейтор.
Ваня поднял руку, тяжелый пистолет подрагивал во влажной ладони.
— Ну, что ждешь? Она заслужила!
Ната спокойно посмотрела Ивану в глаза:
— Я все сделаю, — сказала она тихо. — Только не трогайте девчонок…
— Не слушай эту лживую тварь!
Ваня прицелился.
— Не трогайте девчонок… — повторила Наташа.
Ваня стиснул зубы и развернулся. Грохнул выстрел, и тяжелое, грузное тело рухнуло на пол.
Художник Николай Захваткин
…
Когда Иван очнулся в следующий раз, то обнаружил себя лежащим на жесткой койке в лазарете. С пластикого квадратного светильника бил слепящий свет, заставляя жмуриться. Светильник моргал, пощелкивал и раздражающе гудел. Ваня затряс головой, пытаясь вытряхнуть этот гул из ушей. Голова взорвалась острой болью в затылке. Ваня почувствовал тошноту. И со стоном повернулся на бок.