— Командование ВВС пусть будет постоянно на проводе. И чтобы вертолеты огневой поддержки и корректировки огня висели над побережьем. Разведчика в воздух немедленно! Тревожные группы в ружье, новичков в охранение базы. Полковник, — Трошев обратился к контрразведчику, — вам знаком офицер с позывным «Славян»?

— Да, есть такой! — породистое лицо гэбиста совершенно не поменяло своего выражения.

— Он ждет вас внизу.

— Так точно.

Старый контрразведчик понимал все без лишних слов, «соседи» решили поделиться информацией. Он надел на голову вычурную панаму, сразу сделавшую его похожим на южноафриканского военного, и вышел в коридор. В штабе же продолжилась работа. Сегодня будет решающий день. Удастся ли дать понять всем сцепившимся сторонам, что их бурную самодеятельность они больше не потерпят?

На территории базы и около аэродрома заводились многочисленные моторы, в воздухе запахло дизельным выхлопом, поднялась пыль, стало неимоверно шумно. Солдаты в полной выкладке и оружием в руках подбегали к боевым машинам и рассаживались в них согласно штатного распорядку. Сержанты контролировали порядок, криками и пинками наводя его, офицеры получали свежие вводные, от которых у многих буквально шары повылезали на лоб. Кто-то из них заметно огорчался, другие, наоборот, приветствовали приказы с заборным матерком. Обычно границей такого поведения служила давность пребывания в Ливане. «Старожилы» давно знали, что просто так все не закончится. В воздухе запахло настоящей войной.

Суетились в поту зенитчики, связисты, тыловики, авиатехники. Последние еле поспевали заново заправлять вертолеты. Их экипажам удавалось только выпить кофе, закинуть в себя бутерброды и тут же отлить около колес, а затем они снова поднимались в не успевшие остыть кабины боевых машин. В воздухе было жарко!

Илья ждал команды на посадку. Обратно они летели не самым комфортным военным бортом. Все его вещи так и остались в гостинице. Их обещали прислать позже, но что-то он уже в этом сомневался. Как и в том, будет ли цела гостиница к концу этого дня. Марков красовался новой повязкой, делавшей старого журналиста еще фактурней. Оба старались не говорить о Лёхе, так и оставшемся там, в развалинах города. Они сделали все, что смогли, даже вывезли последний репортаж, снятый несчастным оператором.

— Привет, славяне!

Капитан ГРУ и его бойцы подкатили на дежурном «Козле». «Славян» сейчас держал в руках какую-то коричневую кожаную папку. Оружие было убрано за спины, хотя вид у всех троих серьезен.

— Никак с нами?

— Ага, командировка окончена. Пока сбегайте отлить. В самолете с этим будут проблемы. Летим до Ростова. Потом добросим вас на спецборте до Москвы. Все-таки почти боевые товарищи.