— Познали величие замысла? — Истомин, будто бы выдохся от длинного повествования, и потому тяжело присел на стул, облокотившись рукой на спинку. — И что думаете делать?
Машеров сосредоточенно обвел всех взглядом и остановился на коллеге из ЦК. Романов понял молчаливый вопрос и с излишней резкостью, присущим иногда ему, ответил:
— Чего делать, работать? Херней мы с тобой, Петр, занимаемся! Мелочами, рутиной, особенно я.
— Ну практическую работу никто не отменял.
— Да, но если она идет вразрез с главной целью? Надо видеть картину в целом, куда двигаться нам и остальным. Мы же размениваемся на мелочи, не сосредотачиваемся на главном! Из-за этого наш путь так извилист, да и привел в итоге вовсе не туда.
— Считаете, что моя небольшая лекция была полезна?
Секретарь ЦК и возможный будущий глава государства поднял глаза на вихрастого парня. Очень уж тот непрост, с такими сложно, зато интересно.
— Мы ведь по этому поводу еще не раз побеседуем?
— Почему бы и нет, мы же все-таки земляки.
— Я сам вам позвоню. Не хочу через всех этих помощников, лишнее это. И вот что я еще подумал, — в главе пусть и большого, но города прямо на глазах начал проступать человек государственного масштаба. — Все эти идеи неплохо бы синтезировать в нечто удобоваримое и несколько подробней обсудить в более широком кругу заинтересованных товарищей. Вы понимаете меня? Людей, могущих принимать важные решения.
— Я бы пока не торопился! — тут же без заминки заявил Истомин. Видимо, такой поворот событий он заранее просчитывал. — Мы еще даже не начали разрабатывать стратегию. Все только в общих чертах, на словах. Подкреплять же каждую строчку плана следует научно обоснованными данными и формулировками.
Романов бросил на него быстрый проницательный взгляд и кивнул.
— На ваше усмотрение. Но можете полностью рассчитывать на мое и Петра Мироновича содействие. Будем считать это нашей небольшой тайной. Больно уж выводы у вас для широкой публики шокирующие.
Николай не скрывал скепсиса:
— Будем создавать очередной закрытый орден?
В комнате воцарилось натянутое как струна молчание. Все так и останется пустопорожней болтовней или станет отправной точкой для действия. Точку на правах хозяина поставить решил Машеров.
— Я бы, Николай Иванович, не был там категоричен. Просто нам, — секретарь ЦК кивнул в сторону Романова, — более понятны механизмы принятия важных для страны решений. И пока не мы главные рычаги, — все сидящие четко уловили акцент на слове «пока», — огромной рабочей махины нашей общей государственности. Вы еще мало представляете тот ворох проблем, с которым нам приходится сталкиваться ежедневно. Поверьте мне на слово, вырваться сюда даже на день стоило нам больших усилий. Впереди решающий съезд, после него события поскачут со скоростью калейдоскопа. Вот тогда и попляшем!