— Это он? — кивнул в сторону крепкого мужчины в традиционной кепке-аэродроме, Николай. Грузин, неспешно удалялся в закоулок.

— Он, к гадалке не ходи! Вспомни ориентировку.

— Работаем!

Сходивший прямо на улице «по нужде» быковатого вида «биджо» только вышел на свет, как был сразу повязан двумя крепкими мужчинами в кожаных куртках. Растопин использовал те в качестве своеобразной и весьма практичной экипировки. Грузин, правда, успел что-то громко зло выкрикнуть. Тут же с крыльца питейного заведения спрыгнули несколько мужчин. Все крепкие, небритые и как бы поточнее выразиться — расхлестанные. По их мнению, именно так и должны были выглядеть настоящие «Мачо» местного разлива. Они раскорячили руки и начали подходить к слишком наглым незнакомцам.

Растопин смело встал на их пути и крикнул:

— Стоять, генацвали! Куда бежим?

После бурного потока грузинских идиом, наконец, из горла самого носатого грузина вырвалось:

— Вы кто такие? Пачему нашего друга трогаете?

Капитан молча показал красную корочку, но вокруг них уже начала собираться небольшая толпа. Пусть рынок Зугдиди в обычный день и не был многолюдным, но народ скоренько кучковался поглазеть на любое интересное событие. Здесь же явно происходило нечто занимательное.

— Пакуем быстро! — Николай крикнул товарищам. Их водитель Влад мотора не глушил, шофер только ждал отмашки. К тому же капитан опытным глазом отметил несколько крепких и хорошо одетых мужичков, стоявших немного позади самых буйных. Они вышли как раз из того питейного заведения, где гулял Гога Кутаисский, или в жизни Георгий Горадзе, так называемый «вор в законе». Этого важного свидетеля они решили брать на выезде, удачно подловив в небольшом городке. При массовой коррумпированности местных органов правопорядка мера, вполне объяснимая.

— Эй, что такое творите! Это милицейский произвол! Освободите невинного человека. Ни за что взяли! Надо в Тбилиси писать! Русские, убирайтесь к себе домой!

Толпа понемногу разгорячилась, окружая полукругом зеленый «Москвич» опергруппы. Растопин отлично видел, кто подначивал людей и советовал юнцам, что кричать. Плюс сердобольные дамочки, которые любят в этих местах биться в экстазе, изображая из себя великих Мадонн. Цена им в базарный день полушка, но орут они неистово и крайне громко Люди уже были готовы дальше наседать, как капитан одним рывком выхватил из-под куртки пистолет и тут же выстрелил в воздух.

— Вы что, против власти выступаете! — громко крикнул человек из будущего. Он знал, что перед ним трусы, они побегут, почуяв чужую силу. Так и произошло, передний ряд заметно дрогнул, на лицах провинциалов эмоционально проявился самый настоящий испуг. Ведь все знали, как поступили советские войска и милиция с армянскими националистами. В тех даже не стреляли, попросту разогнали новейшими полицейскими методами, а потом десятками тысяч начали арестовывать и отправлять строить в Сибири социализм. И что самое обидное — совершенно бесплатно! Слухи о творимых репрессиях специально размножались и преувеличивались. О некоторых процессах даже показывали на центральном телевидении. Еще бы им после такого прессинга не испугаться!