— Я понимаю, но среднегодовой темп прироста снизился, как и общая производительность труда. Ты эти графики видел? — Брежнев постучал по ярким рисункам, которые он разложил на столе. — Тут все доходчиво объяснено. Ради сиюминутной выгоды идет быстрый износ основных средств без их своевременного обновления. Из-за валовой выручки многие производители приносят в жертву инновационную составляющую мощностей. Мы начинаем отставать от самых промышленно развитых стран Запада. Чем будем решать эти проблемы, опять директивами? Ты, когда обещал мне внятный план развития народного хозяйства? Мне по этому поводу выступать на съезде! И филькины грамоты подсовывать бесполезно.

— Мы думаем, Леонид Ильич.

— Думают они! Сколько у тебя этих деятелей по институтам штаны протирают. Считаешь, что я не знаю, сколько потом из них будут социализм костить и перейдут на сторону врага?

Косыгин вздохнул, информация из будущего здорово проредила число тех, на кого он привык опираться. Как же тогда планировать прикажете? Но тут к нему на подмогу нежданно пришел Мазуров. Метнув в сторону Генсека пронизывающий взгляд, он заявил:

— Леонид Ильич, думаю, что товарищу ПредСовМину нужна помощь. Предлагаю создать при Центральном Комитете специальную комиссию по экономической реформе.

— Нам других комиссий мало? — раздраженно бросил Брежнев. Его брови сошлись вместе, а в глазах мелькнул нехороший огонек. Бардак даже здесь!

— Пусть она станет постоянной и межведомственной, Пётр Миронович её возглавит. Он уже по уши окунулся в экономику, во многом больше нас разбирается.

Брежнев мрачновато посмотрел на секретаря ЦК, заменившего Суслова на идеологическом посту. Вернее, они там с Кириленко вместе выкорчевывали старые замшелые кадры. «Партизаны херовы! Сговорились за моей спиной!» Но, с другой стороны, было неплохо иметь мощный противовес Косыгину. Белорус же за эти месяцы зарекомендовал себя с самой прекрасной стороны. И вперед батьки никогда не лезет, так пусть вместо политики занимается экономикой.

— Я согласен. Давайте поднимем вопрос на ближайшем заседании Политбюро.

Машеров только хмыкнул. Опять ему разрываться между Киевом, Минском и Москвой. С другой стороны, именно благодаря этой комиссии можно реализовать совершенно неожиданные идеи, подслушанные еще летом во время «Мозгового штурма» в «Доме Рыбака". Пётр Миронович отлично помнил слова Реконструктора о новых методах управления и планирования. Косность бюрократического аппарата пробить нелегко, но его можно и необходимо обходить. Прямые связи — вот идея фикс ближайшего будущего! Только вот как это все связать с общесоюзными народнохозяйственными планами?