— Ну-ка, ну-ка, — бросил заинтересованный взгляд на Машерова Брежнев, — давай подробней.

— Так вот, на нем было представлено огромное множество совершенно необычных идей. Некоторых наших товарищей из аппарата ЦК и профильных институтов позже пришлось отпаивать валерьянкой. Именно тогда Суслова хватил удар.

— Помню, помню, — Генсек нахмурился. История вышла не совсем красивая, но бывший «серый кардинал» Страны Советов сам виноват. Ему же честно советовали подготовиться к немыслимому. Леонид Ильич и сам сознавал, что не готов к альтернативному взгляду, но точно знал, что должен его принять. Всему свое время.

Ретроспектива. Мозговой штурм. 30 июня 1975 года. Подмосковье. Дом Рыбака" управления делами ЦК КПСС

Закрытое рабочее совещание, прозванное с легкой руки попаданцев мозговым штурмом, проводилось в подмосковном пансионате, принадлежащем управделами ЦК КПСС. Спокойная загородная обстановка как нельзя лучше способствовала неспешной дискуссии, умозрительным размышлениям и выработке нового идеологического курса страны. Во всяком случае, именно под этим предлогом сюда съехалось множество совершенно разных по общественному положению людей. Идеология коммунистической партии Советского Союза ради её же будущего остро нуждалась в переменах.

Их ждали, их боялись, никто пока еще не мог предположить во что именно они выльются. «Перестройка» из альтернативного будущего ярко показала, что в данном конкретном случае стоило сорок семь раз отмерить, а только потом уже резать по живому телу огромной державы. Но и промедление было смерти подобно! Еще можно было успеть на обновленной идеологии вырастить новые поколения советских граждан. Пройдет буквально одна пятилетка и будет уже не из кого. Отчуждение, расслоение, перерождение. Каких только эпитетов не удостоится впоследствии номенклатурная верхушка КПСС и властных структур СССР. Это государство даже тогда еще не было обречено, сейчас и вовсе находилось на пике своего развития.

Хорошо хоть нынче на самом верху его руководства нашлись несколько холодных голов с горячими руками, дав старт возможным переменам. Они здорово рисковали, но по-другому поступить не могли. Советский Союз, Россия, Русь — это такая страна, где реформы обычно начинаются чаще всего сверху. Другое дело — во что они в итоге перерождаются. Стремление Ивана Четвёртого к абсолютизму царской власти, не ограниченной ничем, в итоге вылилось в кровавую зачистку всего и вся, поломавшую все моральные устои страны и уничтожившие в итоге династию Рюриков. Петр Первый в попытке прорубиться в Европу напрасно сгубил столько русских душ, что писавший на сто лет позднее «Медного всадника» Александр Сергеевич Пушкин искренне ужаснулся.