Как только все расселись, я начал:

— Так что привело на польскую границу сразу троих адептов внуков Стрибога?

— Указ Императора, конечно, — ответил Зорев и полез куда-то в складки дорожного сюртука.

Извлек оттуда свернутое втрое письмо и протянул мне. Лаптев и Кручинин поступили аналогично.

Я принял бумаги и развернул одну.

Ровным красивым почерком там было выведено следующее:

«Сим указом требую Зорева Михаила Владиславовича явиться в расположение командующего Черышова Василия Ивановича не позднее трех дней с момента получения данного письма. По последним данным ставка командующего расположена юго-западнее города Смоленска недалеко от государственной границы с Речью Посполитой.»

Ниже стоял оттиск императорской печати и личная подпись Императора, выполненная явно другой рукой. Это и не удивительно, сомневаюсь, что Император станет самостоятельно писать все те указы, что приходилось издавать правителю.

Даты не стояло.

Я развернул два других листка. Отличие было только в фамилиях получателей. Все остальное полностью совпадало.

— И когда получены эти указы? — спросил я Зорева.

— Мой три дня назад. Полагаю, что и остальные тогда же.

Его товарищи дружно закивали.

Получается, что эти указы Император написал и разослал еще до того, как в мир явился Разрушитель. Он что знал точно, когда он придет? Или же написал заранее? Но ведь место он указал это. Значит понимал, где объявится мой отец.

Опять загадки. Не люблю я такого! Попахивает какой-то западней. Причем расставленной не на меня, а на эту троицу. Хотя мне Император эту информацию сообщил лично, ну почти — прислав проекцию. А случилось это позавчера. Значит, письма были написаны еще раньше.

— Император сообщал вам для чего он отправил вас сюда? — спросил я.

Зорев помотал головой.

— Только эти бумаги. Больше ничего.

— Странно. Указы, судя по всему, написаны несколько дней назад, а Разрушитель находится в этом мире только два дня.

— Разрушитель? — удивленно произнес Лаптев.

Пришлось коротко пересказать все, что я знал об этом существе, кроме своего родства с ним конечно.

По мере того, как я говорил, лица слушателей все вытягивались и вытягивались, рискуя стать похожими на маску убийцы из «Крика»

Я закончил рассказ, а в шатре так и стояла тишина. Василий Иванович, слушавший историю вместе со всеми, только едва слышно крякнул и произнес:

— Да уж, не ожидал такое на старости лет.

— Так никто не ожидал, — поддержал его Зорев.

В своем рассказе я ни разу не обвинил Императора и Шалока напрямую. Старался обходить эти моменты, осторожно высказывая предположения. Но либо плохо обходил, либо виновники всего этого безобразия легко угадывались.