— Обоснование, господа, вам уже было озвучено! Рынок жаждет новой модели автомобиля, что займет промежуточное место между DAC «Family» и Oldsmobil «Voyage». Не видеть этого — попросту невозможно! — аж всплеснул я руками, решив играть на эмоциях. Чётких-то доказательств у меня не было. Никто подобных статистических данных не собирал. Я это просто-напросто знал! — Именно по этой причине те наши многочисленные конкуренты, что начали появляться, словно грибы после дождя, имеют определенный успех в ряде штатов. Разве не так? — изрядно схитрив, обратился я с этим вопросом к Форду. И тот, не будь дураком, тут же принялся мне поддакивать, прекрасно понимая, что это его реальный шанс подняться при нашей непосредственной поддержке с позиции наёмного работника до высокого звания партнёра по бизнесу. Особенно если второй наш гость упрётся.

— Всё именно так, как вы и говорите, сэр, — начал понемногу исправляться с восприятием моей персоны управляющий заводом DAC. — Рынок готов. Но готовы ли мы дать ему требуемое? — задал он хоть и слегка завуалированный, но конкретный вопрос насчёт того привёз ли я вновь чертежи уже готовой конструкции нового автомобиля.

— Мы со своей стороны, несомненно, предложим вашему вниманию разработанный нами вариант нового автомобиля. Но категорически настаивать на принятии именно данной конструкции и даже концепции не собираемся. — Памятуя о том, сколь огромный успех получил Форд-Т, я решил не проявлять волюнтаризм конкретно в данном вопросе, потому как ошибка в самом начале могла уж слишком дорого обойтись нам в будущем. — Всё же это вы, а не мы, непрерывно варитесь в котле американского автомобильного рынка и просто обязаны чувствовать его куда лучше. Однако прежде, чем мы продолжим данный разговор, извольте подписать соглашения о неразглашении информации, после чего мы предоставим вашему вниманию означенные чертежи.

Что же именно я поведал двум этим деятелям за последующие часы обсуждений? Да ничего особо революционного, до чего они сами не могли бы дойти своим умом. Просто выдал им общий чертёж шасси, в котором понимающий в истории автомобилестроения человек легко мог бы опознать некий гибрид НАМИ-1 — первой машины, спроектированной в СССР с нуля, и Татры-11, ориентируясь на которую, в Союзе и создавали НАМИ-1.

Почему я не выбрал чисто Татру для её реализации в металле, раз уж она являлась основой? Да потому что эту самую Татру проектировали для европейского рынка! Слишком аккуратная, слишком требовательная к точности обработки деталей, слишком боящаяся грязи в плане конструкции своих основных агрегатов. Тогда как НАМИ-1 проектировали для эксплуатации в совершеннейшем бездорожье и сплошном грязевом месиве, в котором той предстояло утопать по самую крышу, и которое ныне так-то имелось повсеместно во всех странах мира.