Чем же мы таким занимаемся вообще? Да бычок хороним! Обычный такой окурок, оставшийся от папиросы. Причём в данном конкретном случае наказанию подвергались не только те ухари, что умудрились спалить учебную машину во время её дозаправки, но и любители кататься на пьяную голову. Невзирая на должности и звания!

Это им ещё покуда не сообщили, что копать могилу для похорон бычка также будет их прерогативой. Как и возвращение «рамы-лафета» обратно в расположение части.

Нашёлся среди этой залётной братии даже один сильно упёртый павлин, который заявил великому князю, что это ниже его достоинства — таскать всякое разное. Теперь вот, мигом выпнутый из гвардии, готовится ехать на Дальний Восток, чтобы получить распределение в какую-нибудь обычную пехотную роту. Остальные же мигом прониклись перспективой и оставили своё мнение исключительно при себе.

Бычок сей, кстати, заботливо подложил к раскрытой канистре я сам. Да и канистру открыл тоже я. Чтоб, значит, не дожидаться второго пожара, который не мог не воспоследовать, учитывая то, как тут все относились к своей службе.

А народ реально лажал раз за разом. И вообще воспринимал выполнение своих военных обязанностей не, как службу в моём её понимании, а как обычную гражданскую работу. Я даже не единожды уже слышал бурчание солдат по поводу того, что их всех гоняют на каких-то никому не нужных учениях, вместо того, чтобы отпустить подзаработать денежек на тех же стройках, что ныне в огромных объемах велись в Санкт-Петербурге.

Вот тоже! Казалось бы, финансовый кризис ещё не прошёл, плюс война началась, а строительство всевозможных домов и фабрик в столице велось ныне в таких объемах, что абсолютно все стройматериалы, как и рабочие руки стались жутким дефицитом.

Сам не единожды наблюдал, как подрядчики или начальники строительных артелей приезжали к командирам рот нашего полка, чтобы договориться насчёт выделения солдатиков в работники, но все, как один, уезжали ни с чем.

Было тут такое правило — отпускать нижних чинов в свободное от учебных занятий время на вольные работы. Причем во второй половине лета вообще практически всем составом, оставляя в казармах лишь дежурных.

А тут, вдруг, сплошные учения и вообще война! И никаких возможностей срубить деньгу, оставаясь при этом на полном обеспечении государства. Начнёшь тут недовольно ворчать!

Вот поварившись во всём этом всего-то пару месяцев, я чётко понял, что нынешний российский солдат своим отношением к службе более всего напоминает солдата США из моих прежних времен. Того самого, про которого у нас в народе шутили, что без поставок лимонада и туалетной бумаги он вовсе отказывался воевать. С учётом временны́х реалий, естественно.