Нари разразилась смехом:

– Как ты думаешь, члены совета, которых ты вынужден оставлять раз в неделю ради «поддержания наших хороших отношений с маридами», догадываются, что эти действия подразумевают проникновение в мозг лягушки?

– Надеюсь, что не догадываются. Возможно, они относятся к моим идеям менее серьезно. – В его глазах зажигались искорки. – Ты готова вернуться на твердую землю?

Магия реки все еще бурлила вокруг них, а Нари теперь гораздо больше интересовало, каким образом он оказался за ее спиной без рубашки в Та-Нтри, только без последующей кровавой хирургии и маридского ультиматума. Но Али объяснился тогда, рассказал, как он относится к плотским связям вне брака, и Нари пыталась принять его взгляды с уважением. По большей части.

– Конечно, – сказала она, с трудом внедряя веселую нотку в свой голос.

Они направились к берегу. Нари изо всех сил старалась не смотреть на него – она не упустила из вида, что на Али нет его привычной крокодильей шкуры, обычно защищавшей его торс, – но, когда они проходили через тростники, его охватила такая дрожь, что она не могла делать вид, будто не замечает этого.

– Холодно? – спросила она, когда он опрометью бросился к своей рубашке.

– Всегда, – ответил он, через голову натягивая на себя рубашку. – С тех самых пор… ну, ты знаешь.

Взгляд Нари снова упал на кремень, с помощью которого он разжигал костер, и сердце ее кольнуло.

– Не могу понять, почему ты не испытываешь ненависти к маридам за то, что они лишили тебя твоего дара.

– Потому что я устал ненавидеть и понимаю, почему они сделали это. К тому же… – Он почесал Мишмиша за ухом, потом вернулся к ней. – Я не могу отказаться от дарованных мне ими взамен способностей и пользуюсь их дарами.

Нари не была столь же незлопамятной, но сегодня был неподходящий день наводить Али на мысли о принесенной им жертве. И вместо слов она протянула ему свою шаль.

– Возьми ее… нет, я настаиваю – возьми, – сказала она, набросив шаль ему на плечи, прежде чем он успел возразить. – Перестань упрямиться. Мне шаль не нужна, и нам предстоит неблизкий путь до Дэвабада. Ты ведь наверняка знаешь, что меня отправили привести тебя.

Тревога загорелась в его глазах.

– Привести меня?

– Ты и в самом деле думал, что мы не узнаем?

– Да. – Али застонал. – Я умолял Мунтадира никому не говорить. Он обещал.

– Ой, Али, так ты виделся с братом? Он, значит, соврал. – Нари усмехнулась. – Со счастливым двадцатипятилетием, мой друг. – Когда Али от этих слов еще больше упал духом, она легонько похлопала его по руке. – Что с тобой? Только не говори, что ты хотел провести свой день рождения, обмениваясь мыслями с лягушкой-мухоедом, а не праздновать в кругу друзей.