У чекиста вдруг проснулась чуйка. Что-то подсказывало ему, это важно. Угрозы он не ощущал, к тому же, с недавних пор, его это практически не волновало. Уволиться со службы это одно, а вот пристроиться в другое место совсем другое. Бывших чекистов не бывает.

— Хорошо. И где же вы хотите встретиться?

— Ну… Неподалеку от вашего дома есть сквер, там сейчас хорошо. Предлагаю встретиться там через полчаса. Третья лавочка справа, по второй аллее. Там рядом старая ива.

— Знаю это место. Добро, — сухо ответил чекист и положил трубку.

Он разом протрезвел. Внезапно ощутил чувство, которое последние полгода вообще перестало о себе напоминать. Это чутье ищейки, что вышло на след добычи. Только на этот раз оно было какое-то странное, не явное, что ли. Ранее, именно оно и позволяло майору разгребать самые заковыристые моменты в рабочих делах. Это был хороший знак. Очень хороший.

Он отправился в гостиную, переоделся в спортивный костюм. Немного подумав, нацепил компактную кобуру с пистолетом, спрятал его подмышкой. На всякий случай. Оружие было личным, не со службы. Досталось оно ему случайно.

Обувшись, Виктор Викторович взял ключи и вышел из квартиры, спустился вниз. Вышел из подъезда, тщательно осмотрелся. В голове еще было немного алкоголя, но на свежем воздухе он должен был выветриться очень быстро.

В такое время во дворе никого. Пусто. Даже запоздалых собачников не видно.

Уже через десять минут он был на месте. Вскоре, справа появилась темная фигура незнакомца…

* * *

Я внезапно осознал один важный момент — получается, лишь я один в этом мире обладаю знаниями о будущем. Нет, возможно, где есть еще такие же попаданцы как и я, но они точно не будут афишировать сей феномен.

Мои знания о том, что в Чернобыле случиться техногенная катастрофа можно и нужно использовать во благо. По-другому — кощунство. Конечно, от меня самого мало что зависит в таком сложном вопросе, но сидеть, сложа руки, зная, что мое бездействие неминуемо приведет к катастрофе — не мой профиль. Если можно что-то сделать, нужно пробовать.

Безусловно, был бы на моем месте какой-нибудь инженер, тот бы смог обосновать тревогу с технической точки зрения, вот только я совсем не инженер. Я лишь старый, прожженный прошлой жизнью солдат.

Капитан Игнатьев проникся проблемой. Хорошо, что за девять месяцев нашего тесного знакомства, мы научились доверять друг другу. Хорошо, что офицер был не мелкой сошкой из военкомата, а действующим сотрудником ГРУ — это давало достаточно хороший простор для дальнейших действий. Круче только иметь влиятельных знакомых в КГБ, но тут мне не повезло.