— У меня на телефоне яндекс карта. Если аккумулятор не сядет.

— Мля. Ну, времена действительно странные. После взлёта набор высоты до рабочего коридора, если у вас и правда Миг, то это не проблема, несколько я помню из института. Вообще-то на них лет сто не летают. Двигайтесь направлением строго на северо-восток, на Владимир, я передам вам местному диспетчеру, оттуда повернёте на север, пройдете восточнее Ярика, дадите поправку двенадцать-восемнадцать градусов, вас скорректируют и до Вологды, там садитесь на дозаправку.

— Мне не нужна дозаправка.

— Чкалов — что ли?

— У меня будет дозаправка в воздухе.

— Хрень собачья. А, гори оно всё огнём. Ладно, Гуль-Один, проверяю погодные условия… Взлёт разрешаю, прошу доложиться по набору тысяча.

— Принял, Временный-Восемь, начинаю взлёт.

— Удачи тебе, Лёня, — подал голос Пельштейн, он всё это время был «в канале», на него немедленно нарычал диспетчер по поводу «засорения эфира».

Выдыхаю.

Так, врубаю форсаж, теперь плавно повышаю мощность, снимаю с колесных тормозов, машина дрожит в нетерпении. На этой аэротрубе мои соотечественники гоняли американских лётчиков над небом Вьетнама, причем американцы ставили себе цель сбить и представить мировой общественности труп (а в идеале, живого пленного) русского пилота, но наши и вьетнамцы им такого удовольствия не представили. А сейчас мы все вместе бьемся против внешних иномирских вторжений. Ирония.

Проверка систем (какие знаю), проверка работы штурвального рычага, вертикальные и горизонтальные «рули». Гидравлика работает. Ну это — спасибо Джиму.

— Гуль-Один, все системы работают штатно, — вру как сивый мерин, откуда я знаю все, не все… Что вообще может понимать полоумный гоблин с ржавыми зубами в человеческой реактивной авиации?

— … начиная взлёт.

Вырубаю форсаж, одновременно наваливаю полную мощность на турбореактивный двигатель, за спиной рёв и столб огня, даже, кажется, что подо мной, вокруг меня. Ощущаю плавный толчок в спину и вот уже все быстрее и быстрее качусь вперёд.

Скорость растёт стремительно, полоса длинная конца и края её не видно, асфальт простирается до горизонта. При какой скорости отрывать машину за штурвал?

Машину трясёт на неровностях далекого от идеала потрескавшегося асфальта местной ВПП. Скорость сто восемьдесят.

Плавно тяну штурвал на себя, машина резко перестаёт вибрировать, ручка-рычаг успокаивается, продолжаю набор высоты уже значительно спокойнее, иногда выравнивая от боковых порывов ветра.

Теперь убираю шасси. Спасибо Джимбо, шасси ушло секунд за восемь, индикатор поменялся на «шасси убрано». Что теперь? Беспокойно смотрю вниз, земля плавно отдаляется и движется подо мной со стремительностью.