Короче говоря, это была местная уникальная рептилия. Только вот заниматься её промыслом почти невозможно. Любой охотник попадёт под гипнотический дурман и сам станет жертвой ядовитых клыков Василиска. Вдобавок скалы, где он обитает, являются также территорией Орлов Трибунала, так что туда соваться — верное самоубийство.

Я хмыкнул про себя.

Выходит, Визирь у нас не просто крупная птица с покладистым характером, он ещё и терминатор, раз может спокойно охотиться на таких тварей.

— А сколько он стоит? — как бы невзначай спросил я.

— До фига, — выпучил глаза Леон. — На алхимическом рынке считают по длине. Сколько метров, столько и золотых, мастер, представляете?

Я прошёлся вдоль чешуйчатого бока, отмеряя на глаз.

Метров двенадцать, не меньше. Стало быть, это пресмыкающееся тянет под дюжину золотых одной тушей, и теперь понятно, отчего вся кухня смотрит на неё, как смотрят на сошедшего с небес дракона. За такие деньги можно сразу купить приличный дом.

А для меня? Система Рыбака очень сильно связана с водной стихией: навыки, предметы, техники культивации и прочее. Для моей культивации эта туша будет на порядок полезнее, чем для посетителей.

Это даже если не учитывать ментальное развитие, о котором я пока имел лишь смутное представление. Но лишним, полагаю, оно тоже не будет.

Но если взглянуть на неё с точки зрения выгоды для ресторана, то картина тоже выходила неплохая. Я хитро улыбнулся. Сырая туша стоит дюжину золотых, а блюда из неё, поданные практикам под моим соусом, принесут втрое больше, а то и впятеро, если заморочиться с рецептами и подачей.

Доходы. На ближайшие семь лет это моя основная мотивация.

Тогда чего тянуть?

Я выудил из перстня Акватариновый кинжал, так как шкура змеи была чрезвычайно прочной, и взялся за разделку. Лезвие вошло под чешую мягко, повело вдоль каналов, которые «Духовный Кулинар» услужливо подсветил мне сетью бледных нитей под кожей. Резать по ним, а не поперёк, чтобы не выпустить из мяса драгоценную силу, руки уже были приучены.

Работа пошла споро.

Через час, закончив с разделкой, голову с ядовитыми железами, чешую и снятую пластами шкуру я отправил обратно в перстень, применение им найду после. Хребет с рёбрами, хрящами и обрезью отложил на бульон. Мяса вышло столько, что и за неделю не приготовить, поэтому полметра туши пустил на сегодняшнее жаркое, а гору остального убрал в перстень про запас.

Следующим шёл гипнотический орган.

Аккуратно вытащил его. Это была бледно-сизая упругая сфера диаметром в локоть. Отрезал кусок размером с чашку на первую пробу — любопытно же, что за вкус у этой ментальной диковины, — прочее снова отправилось в перстень дожидаться своего часа.