Гости рассмеялись, но я заметил, как после этих слов на меня стали поглядывать совсем по-другому, как на потенциальную добычу.

Несколько женщин постарше шептались, бросая на меня хитрые взгляды. Молодая вдова из соседнего переулка вдруг оказалась рядом и предложила помочь с уборкой. Чья-то дочка, о которой я раньше и слыхом не слыхивал, то и дело попадалась на глаза, застенчиво улыбаясь.

М-да. Вот уж чего не ожидал, так это оказаться в центре брачного рынка деревни.

Вечер стремительно набирал обороты. Запах блинов смешивался с запахом алкоголя и дыма от костра.

В какой-то момент услышал разговор у дальнего края стола.

— … слыхал, остров посреди реки исчез? Вот так просто взял и ушёл под воду…

— Парсий говорит, что река теперь ещё опаснее стала. Какие-то тени в воде мелькают…

— Да ну, какие тени? Обычное течение…

— Ага, обычное… Речные демоны это!

Я отвернулся и зашёл ненадолго в дом. О реке и о том, что под ней, вспоминать сейчас не хотел.

Маркус тащил из кухни пустые миски. Его лицо светилось от счастья.

— Ив, это лучший вечер в моей жизни! — выдохнул он. — Все такие довольные, все едят и хвалят! А песни! Ты слышал песни?

— Слышал, — я усмехнулся. — Спасибо, без тебя я бы не справился.

Парень покраснел и отвернулся, но я видел, как он улыбается.

Во дворе постепенно стихали разговоры. Гости начали расходиться. Кто-то благодарил за угощение, кто-то обещал зайти ещё. Женщины собирали свои корзины и горшки. Мужчины допивали последние кружки.

Мастер По подошёл ко мне перед уходом.

— Ив, — сказал он негромко. — Есть ещё кое-что, — он сделал паузу. — Через два месяца состоится Праздник Меры. Любой желающий сможет официально подтвердить свой уровень культивации.

— Спасибо, я учту это, — ответил спокойно, поняв, что культиватор явно заметил мой черезчур быстрый прогресс.

Он задержал на мне взгляд, словно хотел что-то добавить, но передумал. Кивнул и ушёл.

Костёр догорал, отбрасывая последние блики на пустые столы. Скамьи стояли в беспорядке. Кое-где валялись забытые кружки и тарелки. Но в воздухе ещё витал запах блинов и медовухи. И этот запах был тёплым, домашним. Рид выскользнул из тени и потёрся о мою ногу.

На столе возле входа высилась целая гора подарков. Деревня снарядила меня в новую жизнь.

— Ну что, — сказал я коту, — новоселье состоялось.

Когда калитка закрылась за последним из гостей, я привалился спиной к дверному косяку и позволил себе выдохнуть. Во дворе остались только Марк и Амелия.

Слуга Амелии собирал грязную посуду. Звук глиняных мисок, сталкивающихся друг с другом, разносился в тишине. Он переносил тарелки в дом, где складывал их аккуратной стопкой на кухонном стол.