— И что ты сделал? — Амелия подалась вперёд.

— Развернулся и побежал, — Маркус развёл руками. — Со всех ног. Забрался на ближайшее дерево и просидел там, пока отец не разобрался с кабаном сам.

Амелия расхохоталась. Не сдержанно, как положено благородной девице, а искренне, от души. Она смеялась так, что ей пришлось отставить кружку, чтобы не расплескать взвар.

— Ты? — она пыталась отдышаться. — Ты убежал от кабана?

— Эй, мне было двенадцать! — Маркус притворно надулся. — И это был очень большой кабан!

Я тоже усмехнулся. Представить себе Маркуса, который сейчас мечтает попасть в Секту Убийц Монстров, сидящего на дереве от страха перед обычным кабаном, да, это и впрямь было забавно.

— А ты? — Маркус повернулся к Амелии. — У тебя есть какая-нибудь история из детства?

Она замялась, и я заметил, как тень пробежала по её лицу.

— Не совсем… — начала она.

— Ладно, не обязательно, — Маркус махнул рукой. — Давайте лучше ещё выпьем.

Он снова передал мне бутыль. Я сделал глоток и откинулся назад, упираясь спиной в перила крыльца.

Небо потемнело, и на нём начали проступать первые звёзды. Тёплый вечерний воздух пах травой и речной свежестью. Где-то вдалеке кричала ночная птица.

Я смотрел на это небо и понимал, что впервые за долгое время чувствую себя… спокойно. Не просто без угрозы для жизни, а по-настоящему спокойно. У меня был дом. Были друзья. Было дело, которым я хотел заниматься.

Рид послал мне мысленный образ: безопасность, еда, вкусная еда, очень вкусная еда.

— Да, приятель, — я почесал его за ухом. — Я тоже так думаю.

Амелия посмотрела на меня, в её глазах, сейчас было что-то мягкое.

— Ив, — сказала она тихо. — Я хотела… в общем, спасибо. За всё.

— Не за что.

— Нет, есть за что, — она покачала головой. — Ты спас мне жизнь. Не один раз. И я…

Она замолчала, подбирая слова.

— Мой долг перед тобой всё ещё не погашен, — закончила она наконец. — И я не знаю, как его вернуть.

— Может, и не надо, — я пожал плечами. — Может, дружба это не про долги.

Амелия моргнула, потом на её губах появилась улыбка, маленькая, едва заметная, но настоящая.

— Может, ты прав.

Момент тишины разрушил звук тяжёлых шагов. Кто-то очень бодро приближался к калитке.

Рид поднял голову, его уши насторожились. Маркус тоже подобрался, рука инстинктивно потянулась к поясу, где у него обычно висел нож.

У калитки остановилась тёмная фигура.

Крепкий мужчина, закутанный в плащ с капюшоном, скрывающим лицо. Я узнал его, слуга Эммы, тот что всегда следовал за ней по пятам.

Он не стал открывать калитку. Просто протянул руку сквозь щель между досками и положил что-то на столбик.