Его слова повисли в воздухе, тяжелые и безнадёжные. Картина массового исхода целого города, бегущего от ужаса, была пугающей.
Обратно мы шли молча, каждый погруженный в свои мрачные мысли. Наши скромные покупки вдруг показались смешными и бесполезными. Гвозди и смола против наступающего Леса? Это было всё равно что пытаться заколотить щели на тонущем корабле.
Настроение было окончательно испорчено. Мы уже почти дошли до нашего района, как вдруг с одной из узких улочек донёсся шум — приглушённые крики, лай собак, гул взволнованных голосов.
Любопытство пересилило осторожность, мы свернули за угол и увидели небольшую толпу, столпившуюся у старого, полуразрушенного дома. Толпа была возбуждённой, испуганной. Люди перешёптывались, указывая на что-то внутри.
Мы с Орном переглянулись и медленно приблизились, стараясь оставаться незамеченными.
Дверь в дом была распахнута настежь. Изнутри шел смрад, сладковатый, тошнотворный, знакомый запах гниющей древесины, смешанный с чем-то ещё… Металлическим. Кровавым.
И тогда я увидел их.
Из-за спин собравшихся мелькнули блёклые, синеватые пятна кожи. И странные, неестественные побеги, проросшие сквозь пол и стены дома. Они были тонкими, почти чёрными, с редкими, ядовито-зелёными листьями. И они явно росли не снаружи, а изнутри, разрывая гнилые доски изнутри.
Какой-то смельчак из толпы, вооружившись палкой, осторожно заглянул внутрь и тут же отпрянул с подавленным криком ужаса.
— Мёртвые! Все мёртвые! — закричал он, и его голос сорвался на визг. — И… И они… Прорастают!
Ледышка страха в моей груди превратилась в глыбу льда. Над одним из синеватых, распухших тел, беспомощно раскинувшихся на полу, всплыла полупрозрачная, дрожащая надпись, составленная из холодного, мерцающего света:
Инфицированный труп.
Стадия: Прорастание.
Очаг заражения: низкоуровневый.
Опасность: высокая (распространение спор, психотропное воздействие).
Рекомендация: полное уничтожение огнём.
А потом из полутьмы внутри дома на меня посмотрели глаза. Не глаза трупа, а те, что смотрели из самой глубины проросших сквозь тело чёрных веток. Пустые, бездонные, полные древней, безразличной злобы. Они встретились с моим взглядом, и в них не было ничего человеческого. Только бесконечный, всепоглощающий голод Леса.
Это было не просто убийство, это было начало. Первый симптом страшной болезни, которая пришла не извне, а проросла изнутри.
Настоящая угроза была уже здесь, в городе. И она тихо пускала корни в самых тёмных его углах.
Глава 10
Толпа зашумела, попятилась, и сквозь неё, словно нож сквозь масло, прошёл отряд в знакомой мне броне. Впереди всех был капитан Горст. Его лицо было высечено из гранита, глаза холодными щелями сканировали ситуацию. Солдаты действовали чётко, без суеты: двое раздвинули горожан, мягко, но неумолимо оттесняя их подальше от заражённого дома, ещё трое уже тащили из повозки бурдюки с маслянистой жидкостью и связки факелов.