В общем, подошли мы к столу. Если до этого он был сооружён наспех — кусок рекламного щита положили на чурбаки, то, пока я водил хороводы, парни вкопали четыре столбика и закрепили щит на них. Получился практически настоящий стол.
Сидели, правда, пока кто где — кто на брёвнах, кто на чурбаках, кто на земле, но стол уже был и это было круто!
— Чего довольный такой? — спросил Илья.
Мишка хмуро глянул в мою сторону, увидел, что я поймал его взгляд, и отодвинулся подальше. Артём посмотрел исподлобья и отвернулся. И только Николай не обращал на меня внимания. Он уже плёл второй лапоть.
Блин! Он плёл второй лапоть!
Солнце не то что притухло… Оно скатилось на самое дно. На душе стало мрачно и темно. В растерянности подошёл я к охранному кругу.
— Правда прикольно? — спросил у меня подошедший следом Арик.
Я с удивлением обернулся.
Арик показал на охранный круг. Я проследил за его рукой и офигел. Как я не увидел утром? Палочки, которые вчера воткнула Агафья Ефимовна, проросли! Там, где раньше крепились листья, теперь набухли и проклюнулись почки. А кое-где было видно, что это не просто листочки, а будущие ветки! Охранный круг был живым!
— Хотя бы отсюда можно не ждать гадостей, — сказал Арик и, взглянув на меня, неуверенно добавил: — Наверное.
Я смотрел на проросшие рябиновые ветки и вспоминал, как древесница гладила их.
Рефлекторно я глянул на яму для землянки. За час парни продвинулись примерно настолько же, насколько вчера за весь день! Видимо, зеленоволосая убрала корни… Другого объяснения мне в голову не пришло.
Но если работать стало легче, чего они тогда все хмурые?
Спросить, кроме как у Арика, больше было не у кого. Ну я и спросил:
— Что тут случилось, пока меня не было?
Арик скис и отмахнулся:
— Не бери в голову.
— В смысле? — удивился я, понимая, что действительно что-то произошло.
— Девчонки подрались, — сказал Арик с неохотой.
— Как подрались⁈ — я забыл и про древесницу, и про рябиновые веточки — про всё короче.
Глянул на девчонок. Прореха на Риткином платье стала ещё больше, волосы стояли дыбом. Марина тоже была взъерошенная. На руке чернел синяк.
— Зря я тебе сказал, — расстроился Арик.
— Что случилось? — спросил я.
Арик замялся.
— Говори уже! — потребовал я. — Что произошло? Из-за чего подрались?
Глава 10
На Арика было жалко смотреть. Он покраснел. Видно было, что готов сквозь землю провалиться, лишь бы не отвечать на мой вопрос.
Это только сильнее распалило меня.
Я вдруг ощутил, что костёр внутри меня не просто горит, он полыхает! И искры уже летят… Но что произошло с девчонками, было важнее.