И города начинают создавать свои кладбища, выделяя для них ту же самую территорию, которую выделяют аббатства в пригороде: сам храм и церковный двор. Ведь страха перед мертвыми и античного брезгливого отношения к ним уже нет. Но чтобы здесь, в городе, начали хоронить, нужны мощи святых.

Мощи покупались, их получали в дар, и, что важно, тех своих умерших, которые могли претендовать на святость и быть позже канонизированными, перестают хоронить на кладбище аббатства и предают земле в черте города.

В качестве иллюстрации не могу не привести историю святого епископа Ведаста Аррасского, он же святой Вааст или Гастон. История сия приключилась в 540 году. Когда этот достойный епископ опочил в своем кафедральном городе — в Аррасе, носильщики не смогли поднять носилки с его телом. Что-то мешало им вынести его из городского храма и отнести за город, чтобы упокоить на общем кладбище. Видя происходящее, клирики, служившие мессу по покойному, обратились к нему со словами, смысл которых заключался в том, что если епископ столь явно демонстрирует свое нежелание быть похороненным за городом, то не угодно ли ему будет остаться внутри города и обрести покой под плитами родного собора. После этого вопрошания носильщики вновь подступили к своей ноше и без труда подняли ее. Ведаста, впоследствии канонизированного, захоронили в храме, вокруг храма выросло кладбище. Историки очень по-разному трактуют это событие. Критически настроенные слуги Клио настаивают на том, что носильщики были куплены и устроили спектакль, менее критично настроенные допускают возможность чуда. Как судить об этом будете вы — исключительно ваше дело. Железных доказательств не имеет ни одна из версий.

Иаков Ворагинский в «Золотой легенде», агиографическом и легендарном сборнике середины XIII века, описывает весьма чудесную кончину и погребение сего мужа, не упоминая случай с носилками:

«На сороковой год своего епископства, обратив многих к вере словом и делом, Ведаст увидел огненный столб, нисходящий с неба на его дом. Рассудив, что кончина близка, святой вскоре упокоился в мире в лето Господне 550-е. Когда переносили мощи Ведаста, ослепший по старости Авдомат опечалился, поскольку не мог увидеть Святые Дары. Слепец тотчас прозрел, но затем по своей молитве вновь утратил зрение».

Нам же здесь интересна не возможность или невозможность чуда, а сам факт того, что история фиксирует оставление тела очень статусного покойного в городе, что создает место под покровительством святого, которое притягивает к себе тех, кто захочет упокоиться рядом с ним. И да, не стоит забывать про паломников, у которых теперь появится лишний повод зайти в город, а не удовлетворяться одним лишь аббатством рядом.