— Спускайся!

Все это время я медленно отходил назад, прикрываясь американцем. Постепенно я оказался прикрыт — с одной стороны полуразрушенная стена какого-то строения, с другой — наш грузовик. Возвращаться в кабину я не собирался — не было смысла.

Все происходило достаточно быстро. Мои действия вызвали у них шок — не ожидали ничего подобного от противника, который не похож на грозного врага. Считали, что дело сделано. А пристрелить в спину — много ли ума нужно?

Ага, конечно! Русского разведчика так просто не сломать!

Американец попробовал вырваться, но получил пулю в плечо. Затем лимонка полетела точно в кузов КамАза… А я, решительно увлекая Тома за собой и прикрываясь им как живым щитом, нырнул за руины. Секундой спустя туда же плюхнулся и Окунев. Глаза выпучены, лицо бледное. В руках гаечный ключ.

Оглушительно грохнуло. Во все стороны из-за бортов КамаЗа ударили мощные языки пламени, дым и искры. Вокруг все осветилось оранжевым заревом.

Черт возьми, похоже, там ещё и пара канистр с топливом была. Ракеты-то не взорвутся, но использовать их теперь точно будет нельзя. Хрен вам, а не ракеты!

— Громов, ты точно псих! — выпалил Антон, дыша тяжело и часто.

— Позже разберемся! — я решительно сунул ему свой пистолет, а сам выхватил второй. — Прикрывай! Будем прорываться!

Все вокруг частично заволокло беловатым дымом. Раздалась хаотичная стрельба, крики. Боевики не понимали, что им теперь делать и куда бежать. Хаос — штука полезная. Иногда.

Один из пикапов был совсем рядом — рукой подать. Да ещё и с заведенным двигателем и по-прежнему включенными фарами.

— Антон, ты за руль, а я прикрою! Пошли!

И мы бросились к внедорожнику — до него метров тридцать, не больше. По пути полно укрытий — все это я анализировал, хотя что-то вполне мог и пропустить. Я не искин, все просчитать не могу.

Справа показался вооруженный противник. Я мгновенно вскинул руку и выстрелил — пуля угодила точно в голову. Автомат упал на землю.

— Антон, быстрее!

Ещё дважды я открывал огонь, один раз попал — кого-то ранив, второй промахнулся. Противник скрылся.

Из-за задымления, плохого освещения и стремительно меняющейся обстановки, боевики не знали, где мы сейчас находимся… Их действия были бестолковыми, много шума, выхлопа ноль…

По Тому они стрелять не будут — считай, мой живой щит. И сегодня, судя по всему, Фортуна вновь была на моей стороне.

Тем не менее, иногда вокруг свистели пули. Раздавались крики. Нас вот-вот обнаружат.

КамАз горел. Дым сдувало в нашу сторону.

Добравшись до машины лишь чудом, я одним рывком забросил раненого американца в кузов. Окунев полез на место водителя. Несколько секунд и машина резко взревев двигателем, задергавшись, тронулась с места. Ну да, коробка-автомат для старлея показалась странной…