И снова на меня накатило чувство любопытное ностальгии — все в моей комнате осталось примерно таким же, как и было в прошлый раз. Все вещи на своих местах, чисто. Мать постоянно наводила тут порядок, вытирала пыль. А ностальгия накатила потому что-то, что я видел сейчас глазами входило в противостояние с воспоминаниями из прошлой жизни и я понимал, что некоторые вещи и впрямь запомнились мне не такими, какими были на самом деле. Например, книги не в том порядке, склеенная модель корабля чуть другая, в иной расцветке, окно выходящее на улицу чуть уже, чем мне раньше казалось. Удивительная всё-таки вещь человеческая память — вроде все одно, а оказывается нет. Мелкие детали как бы случайно проглатываются, со временем искажаются. Игры разума, а тебе кажется, что все нормально и так и должно быть. А потом удивляешься… Вот как я сейчас!

Моя комната, в которой я прожил все детство и подростковый возраст была чуть-чуть другой. Раздевшись, я отыскал в шкафу свою старую одежду и понял, что больше надеть ее не смогу. Не налезет она она меня. Раскабанел ты, товарищ Громов, однако.

Мой вес сейчас колебался где-то в районе девяноста — девяноста пяти килограмм. И ведь почти без жира — он весь выгорел в афганском климате, отдав себя на производство энергии. Это и изнурительные тренировки и питание, стресс на боевых выходах.

А уходил пацаном, который едва до семидесяти пяти дотягивал. Порывшись, штаны и какую-то растянутую футболку я всё-таки нашел.

Черт возьми, если подумать, столько, сколько уже выпало на мою долю, характер и интенсивность событий, что наваливались на меня за последнее время, по сути, запросто загонят в могилу обычного человека — я же без продыха попадаю из одной задницы, в другую. Нервы должны быть ни к черту, а поди ж ты — я все переношу нормально, будто бы так и должно быть. Почти всегда спокоен. Безусловно, огромную роль здесь сыграло то, что последние пятнадцать лет старый я, жил точно так же, мотаясь из одной командировки в другую, только отдохнули и подлечились, снова на задание. Вот я и привык. Наверное.

Через час мама позвала кушать. Боже, как давно я хотел услышать эти слова… Именно так, дома, в мирной и спокойной обстановке, а не с автоматом за спиной, когда все бегом-бегом и думаешь не о вкусной еде, а о том, как бы просто быстрее закончить прием пищи, чтоб сверху ничего не прилетело.

И хотя сейчас у меня тоже было не все хорошо, все же хотелось растянуть подобные моменты как можно дольше. Получить наконец то, о чем много раз вспоминал, жалел и так хотел все вернуть. Эх, странная штука жизнь. Чертовски странная…