Как результат, один жадный до магии вампир таки дорвался до не самого открытого в королевстве раздела искусства и вскоре освоил ряд новых заклинаний и от корки до корки прочитал один не слишком добротный и хорошо написанный, но любопытный трактатик с теоретическими основами направления.

Слабейшим из новых заклинаний стал «Погребальный звон» — редкие чары Первого Круга, которые наносят точечный урон некроэнергией, но, в отличие от «Луча», действуют тем сильнее, чем сильнее ранена цель, а ещё при использовании нежитью действуют мощнее, чем при создании живым магом, то есть имеют прямую зависимость от наличия в теле создателя некроэнергии.

Далее было «Поднятие скелета» — самые базовые чары именно в реанимирующей области некромантии. И хотя создаваемый ими скелет, соответственно уровню заклинания, был крайне слабым существом, готовым рассыпаться буквально с одного тычка или попадания стрелы в лобешник, но это существо было создано именно чарами, закладывающими в него определённые навыки и шаблоны действий, а не сырым выбросом, как зомби незабвенного «лорда» Алехандроса. Я буквально ощущал в них именно структуру, распределяющуюся на всё тело, а не аморфный огонёк красноватого цвета. То есть нежить была не только послушной создателю, но и достаточно «умной», чтобы выполнять простейшие задачи и не путаться в собственных ногах.

К возможности поднять скелета-слугу также было куплено заклинание «Каменные кости» из Второго Круга, чьи свойства прекрасно описывало само название, в смысле, это были чары, укрепляющие тело нежити, уже затрудняя убить вышеописанного скелета с одного тычка.

Также из Второго Круга удалось достать чары «Смертельной брони», что разворачивали вокруг создателя своего рода ауру негативной энергии, что не вредила ему лично, но вот всем, кто попытается вступить с ним в ближний бой, становилось худо, как если бы их каждые пару-тройку секунд ошпаривали слабеньким «Лучом Негативной Энергии».

Третий Круг некромантии порадовал такой штукой, как «Передача жизни». Вещь эта была специфической и в бою бесполезной, однако, как крайнее средство экстренного спасения товарища в отсутствие зелий и помощи жреца, свою нишу имело. Заклинание напрямую передавало жизненную силу мага выбранной им цели, позволяя зарастить смертельные раны, пусть и ценой значительного ухудшения самочувствия кастующего. В принципе, так можно было и убить себя, вытягивая кого-то с того света, но с учётом общей крепости здоровья боевых магов и тренированности их тел, для них это было приемлемым средством экстренной помощи, пусть и именно экстренной. Но у чистых магов с исцеляющими чарами в этом мире вообще проблемы — как правило, такие чары — прерогатива исключительно божественной магии, потому даже такой калечащий вариант был востребован.